ЗА ЧТО ЧИЖИ…КИ И А.ПЫЖИКОВ ТАК НЕНАВИДЯТ СЛАВЯН? ИЕЗУИТЫ И СТАСОВЕЦ НАУМ ИЗРАИЛЕВИЧ ЛУРЬЕ

ЗА ЧТО ЧИЖИ…КИ И А.ПЫЖИКОВ ТАК НЕНАВИДЯТ СЛАВЯН?

ИЕЗУИТЫ И СТАСОВЕЦ НАУМ ИЗРАИЛЕВИЧ ЛУРЬЕ

 

 Повторим, что мы уже поняли из предыдущего материала. И так согласно теории Ленина-Луначарского «два народа в одном», есть плохая часть — русские, шире славяне – великорусские шовинисты и есть хорошая — советские, ещё лучше евразийцы, а ещё лучше тюрки. Поскольку семья Стасовых сыграла определённую роль в поисках смыслов для второй, лучшей части российского народа Пыжиков назвал теоретиком правильных, коммунистических русских азиатов Владимира Стасова.

 Как мы уже знаем этот Стасов, как и Пыжиков, боготворил евреев. Поэтому пару слов о его протеже скульпторе Антокольском (1843-1902), который родился 2 ноября. Опять эта мистическая манихейская двойка, два народа и всё такое прочее в духе Авеенариуса и Гегеля. Что это за день? Это день библейской Рахиль (в картах Таро — Дамы Бубен). Звали его Марк, Мордух или Мордехай и стал он выдающимся скульптором! Вот, что он говорил:

 

«За то, что мой отец согрешил и сделал меня евреем, я, его сын, должен терпеть».

 

 Отца он недолюбливал, но считал себя евреем. Это безспорно. Как и присутствие мистической двойки в его судьбе. Папа скульптора Мордехая трагически скончался от несчастного случая. При ремонте дома переданном ему сыном он взобрался на леса, упал и убился…
В 186-2ом(!) году Мордехай был зачислен в Академию художеств и работал под руководством самого Николая Степановича Пименова – профессора класса скульптуры, который умер через 2 года. У Мордехая было 2 дочери и сын Лев, который трагически скончался в возрасте 2 лет. Смерть сына очень сильно повлияла на Мордехая и он трагически скончался вследствие болезни в 1902 году.

 Помимо памятника Петру Великому, которого осатанелые староверы считают воплощением Антихриста, скульптор изваял памятник «Мефистофелю» т.е. подлинному воплощению Антихриста. Другое название композиции — «19-й век».

 Мордехай сделал 2-х Мефистофелей: «Белого» в мраморе и «Черного» в бронзе. В Русском Музее представлены оба варианта, что дает возможность их сравнить. Антокольский испытал воздействие некоей силы, которая его подтолкнула к созданию образа дьявола, и которой он не мог противостоять. Вот как он описывает воздействие этой силы: «”потребность воспроизвести” этот образ “была так сильна, что, сделав его, я освобождаю свою душу”».

 

«Моего “Мефистофеля” я почерпнул не из Гете, а из настоящей действительной жизни. –Писал скульптор В.В. Стасову. –Это наш тип- нервный, раздражённый, больной, его сила отрицательная, он может только разрушать, а не создавать; это он хорошо сознаёт, и чем больше он сознаёт, тем сильнее озлобление его. Он падёт под давлением массы преступлений».

 

 Окончив в 1883 г. статую Антокольский мечтал показать своего дьявола в столице. Устроить демон-страцию взялся лично В.В. Стасов. После долгой переписки и бес-конечных хлопот в 1886 г. бело-мраморная скульптура была выставлена в Эрмитаже. Т.е. резиденции Романовых в Зимнем дворце, который Александр 3-й превратил в музей, доступный всем для посещения. Зимний дворец не принадлежал Романовым. Он был на балансе Государства, т.е. русского народа.

 В тот же 1886 год журналист Генри Эдвардс, тот самый человек, который вывел для нас день несчастий — пятницу 13-е, пишет «Легенду Фауста». Его происхождение и развитие, от живого Фауста первого века до «Фауста» масона и иллюмината Гете. Именно в том 1886 году был обнаружен текст «Прафауста» (Urfaust), сочинённого Гёте в молодости.

Я дух, всегда привыкший отрицать.
И с основаньем: ничего не надо.
Нет в мире вещи, стоящей пощады.
Творенье не годится никуда.
Итак, я то, что ваша мысль связала
С понятьем разрушенья, зла, вреда…

 «Мефистофель» Мордехая имел шумный успех. Берлинская Академия художеств избрала Антокольского почётным членом, а в Вене скульптор был удостоен Большой золотой медали. Эти изваянием «Мефистофеля» был вдохновлен будущий первый народный артист Советской Республики Фёдор Иванович Шаляпин, исполнявший роль демона на сцене Императорской оперы. Убежав на Запад от диктатуры РСДРП (б), которой он много помогал материально, Шаляпин в эмиграции заявил, что все отрицательные персонажи русской литературы пришли и поклонились Ленину…

 Рахиль или Рахель (овечка) в Ветхом Завете –одна из двух жён патриарха Иакова, вторая праматерь всего дома Израилева, оплакивавшая пленение евреев вавилонским царём Навуходоносором. К моменту заговора против полковника Николая 2, Кавказская армия другого Николая, генерала Николая Юденича была готова овладеть Константинополем. После разгрома Османской Империи мы получали бывшую турецкую Палестину, где Романовы к тому времени скупили много земли.

 Что это означало? А то, что Государство Израиль никогда бы не было бы создано, а Третий Храм для коронации настоящего Антихриста не восстановлен. Но случилось то, что случилось. Завязка драмы. Развязка вот-вот наступит…

 Другим евреем, кого вдохновили бредни В. Стасова, стал Наум Израилевич Лурья, более известный как Артур Винцент Лурье и Артур Сергеевич Лурье (1891-1966). Этот прямой продолжатель, этот перво-апостол стасовской ереси родился в Могилёвской губернии в семье инженера Израиля Хацкелевича Лурьи и его жены Анны Яковлевны Лурьи (в девичестве Левитиной, 1871—1942). То есть его мать была из благородного класса патрициев, морейне. Когда после Исхода из Египта евреи изваяли золотого тельца, поклоняться ему отказались только левиты. В результате именно они были названы слугами Бога: все представители колена Леви — потомки Аарона, брата Моисея (Моше) — стали коаним. Аарон же был назван первым коэном и первым еврейским первосвященником.

 На протяжении многих веков и до сегодняшнего дня многие евреи считали себя коэнами (коаним) или левитами (левиим) — по той лишь причине, что коэнами или левитами были их отцы. Карл Маркс, троюродной брат Лайонеля Ротшильда, художники Исаак Левитан и Марк Шагал –из этого рода, —от «сеган левия», то есть «помощник-левит», в смысле «левит − помощник коэна») и некоторые другие. Из него же Анатолий Чубайс ( Сигел по матери), который вручал В.Пыжикову гайдаровские полмиллиона.

 С 1899 до 1909 года Наум Израилевич Лурья жил с родителями в Одессе на Польской улице, дом 11; учился в коммерческом училище. В 1905 году во время поездки с матерью в Вену получил большое впечатление от оперы якобы «антисемита» Рихарда Вагнера «Тангейзер». (1)

 

«В 1912 году принял католичество. В начале 1910-х годов появился псевдоним Артур Винцент (в честь Шопенгауэра и (или) Рембо и Винцента Ван Гога) и имя Артур-Викентий Людовикович Лурье (уже в посемейных списках одесских мещан-евреев за 1914 год значится под этим именем)». (2)

 

 И.Г.Вишневецкий писал, что до октября 1917 года Лурье был близок футуристам. (3) С. И. Савенко причислила композитора к радикальным постскрябинистам. (4)

 С 1912 по 1915 год был завсегдатаем литературно-артистического кабаре «Бродячая собака», фактически исполняя обязанности музыкального руководителя. Посетители арт-подвала определили круг знакомств Лурье: Николай Кульбин, Велимир Хлебников, Владимир Маяковский, Давид Бурлюк, Николай Бурлюк, Владимир Бурлюк, Алексей Кручёных, Пётр Митурич (автор портрета композитора), и другие. В те же годы завязал знакомства с Владимиром Татлиным, Георгием Якуловым, Бенедиктом Лившицем, Леонидом Андреевым, встречался с Рихардом Штраусом и Томмазо Маринетти. Считается одним из вдохновителей Анны Андреевны Ахматовой, которому поэтесса адресовала некоторые стихи.

 На основании того, что в 1920-х годах Лурье участвовал в «Левом фронте искусства» (ЛЕФ) или «левом искусстве», возможно отнести его к авангардистам, поскольку именно так обозначался тогда авангардизм в Советской России, т. е. первый авангард или Авангард-1. Однако, ввиду отсутствия научной обоснованности термина «авангард», возникает проблема, какие именно сочинения Лурье можно считать авангардистскими.

 Лурье нравилась микро-интервальная и шумовая музыка. С 1918 по 1921 год работал у Луначарского и Крупской в Наркомпросе начальником Музыкального отдела (Музо). В 1919 году при Музо основал Ассоциацию современной музыки (АСМ) с задачей стимулирования и пропаганды новых творческих исканий в области музыкального искусства.

 В те годы АСМ не пользовалась авторитетом и популярностью среди композиторов, что Ю. В. Келдыш обусловил личными качествами её руководителя. В официальном советском музыковедении преобладала нелестная характеристика композитора, которого Келдыш описал как «эстетствующего декадента, композитора, лишенного индивидуальности, эклектичного, но с претензиями на новаторство и оригинальность». (5)

 Свою «вторую жизнь» Ассоциация Современной Музыки обрела с 1924 года после эмиграции Лурье из Советской России, когда он покинул Берлин и обосновался в Париже. Там свежий невозвращенец сблизился с Петром Петровичем Сувчинским, с которым он активно занимался музыкальной деятельностью. Вместе с ним Лурье входил в просоветское крыло так называемого «Евразийского движения».

 Лурье был объявлен одним из официальных редакторов еженедельной газеты «Евразия». (6)

 В Российской Империи Сувчинский проявил себя в 1910-е как издатель журналов «Музыкальный современник» и «Мелос». В эмиграции он стал советником Дягилева, Прокофьева и Стравинского.

В 1929–1939 гг. Лурье в музыкальном плане был известен как оригинальный композитор и ближайшее доверенное лицо автора «Весны священной» Стравинского , а также как недюжинный теоретик и организатор. Стравинский сам пришел к прото-евразийским идеям еще в середине 1910-х годов. Евразиец Лурье известен как автор запомнившихся многим статей в «La revue musicale», а так же части текста лекций Стравинского (1939 г.) в Гарвардском университете, легших, в свою очередь, в основу книги Стравинского «Музыкальная поэтика» (1942 г.).

 Два левоевразийских издания — парижские сборники «Версты» (1926–1928) и выходившая в Кламаре, под Парижем, еженедельная газета «Евразия» (1928–1929), оба издававшиеся при редакторском участии Сувчинского (а «Евразия» еще и при редакторском участии Лурье), — были заполнены интереснейшими статьями на музыкальные темы, принадлежавшими перу, как самого Лурье, так и некоего юного композитора Вернона Дюка, жившего тогда в Западной Европе.

 Речь идёт об уроженце Виленской губернии Владимире Александровиче Дукельском (1903-69), происходившем из потомственного западно-русского (белорусского) дворянства. Состоял он в родстве с Багратионами (через мать отца, княжну Д. Г. Туманову). Не смотря на «голубые крови» Дюк резко противопоставил себя «белогвардейской» части русской эмиграции. Одновременно этот композитор-евразиец писал музыку для английских музыкальных комедий. В 1929 году Дукельский вернулся в США, где стал успешным поставщиком музыкальных поделок для Бродвея и Голливуда.

 Для пропаганды евразийских идей в Новом Свете Дукельский сочинил очень близкую духу евразийства ораторию «Конец Санкт-Петербурга» (1931–1937). Он был очень дружен с Прокофьевым и — через эту ораторию, с партитурой которого последний был знаком и даже заинтересовал ею Мясковского, — повлиял на две экспериментальные советские кантаты Прокофьева, «К XX-летию Октября» (1936–1937) и «Здравицу» (1939).

 Кстати, музыке левый Дукельский обучался в ненавидимом Пыжиковым городе Киеве. Для справки: почти все теоретики евразийства были западными славянами. В 1955 году вышла в свет книга мемуаров Дукельского на английском языке «Парижский паспорт» (Passport to Paris), в самом конце которой композитор отказался от раздвоения между Дукельским и Дюком:

 

«…получив однажды паспорт на Елисейские Поля в Париже в качестве Дукельского, русского, я скромно мечтаю теперь о куда более постоянных Полях Елисейских, Элизиуме древних греков — согласно Словарю Уэбстера „ расположенном за Западным океаном, где добрые души пребывают в посмертии…“ — но уже в качестве Дюка, американца и человека Запада».

 

 Это важная отсылка к иудо-масонской мистике, замешанной на египтологии «волосатых варваров» Кхем, на тайнах магии Пирамид, на Изумрудных и Золотых скрижалях адептов Атлантиды. Кстати, в Древнем Египте музыка находилась в монопольном ведении касты жрецов.

 Примесь сюда «западничества» объясняет масон-ницшеанец Максим Горький в своих воспоминаниях о Льве Толстом. Горький вспоминает мысли автора «Войны и Мира» о каком-то «маленьком немецком царьке», который сказал: «Там, где хотят иметь рабов, надо как можно больше сочинять музыки». Мол, это верная мысль, верное наблюдение, «музыка притупляет ум».

 

«Лучше всех это понимают католики, — наши попы, конечно не помирятся с Мендельсоном в церкви». (7)

 

 Замечание очень актуальное сегодня, когда на нас русских льются потоки «западной», а главное негритянской оккультной музыки.

 Сувчинский, и Лурье публиковались в 1920–1930-е годы во франко- и англоязычной, а Лурье еще и в русской эмигрантской прессе (Сувчинский эмигрантской прессы избегал). Парижские премьеры сочинений еврея Лурье давали современникам представление о том, какой может быть музыка, максимально соответствующая «евразийскому мировидению».

Участие Сувчинского в сборнике против Римо-Католицизма не мешало его близкой дружбе с католиком Лурье, который также дружил с ведущим католическим философом интегрального гуманизма (неотомизм) Жаком Маритеном . В 1901 году Маритен в университете Сорбонны познакомился с эмигранткой-еврейкой из Ростова, поэтессой Раисой Уманцовой (1883—1960); в 1904 году они поженились. Получивший протестантское воспитание и изучавший в университете биологию, в 1906 году Жак Маритен вместе с женой принял католичество.

 Социальные идеи Жака Маритена направлены на решение проблем современности в католическом ключе. «Выход из ситуации кризиса современной ему эпохи виделся Маритену в утверждении „теоцентрического гуманизма“, „персоналистической демократии“, христианизации всех областей духовной культуры и экуменическом сближении религий».

 Маритен указывал на две крайности — 1) марксизм, полностью замкнувшийся в своем рационализме, и 2) христианский гуманизм, изолировавший разум на поисках «Града человека-бога вместо обращения к идеалу Града личности, сотворенной по образу Божию».

 Духовное преобразование и обновление цивилизации Маритен связывал с выдвигаемым им проектом «интегрального гуманизма», преодолевающего отпадение человека от Бога через восстановление трансцендентных оснований человеческой жизни. В такой новой цивилизации христианская вера будет сочетаться с секулярными институтами.

 В сущности это была старая задумка профессора-иезуита Адама Вейсгаупта, — соединить католицизм и рационализм, — в масонско-коммунистическом Ордене Иллюминатов, который он вместе со студентами основал 1 мая 1776 г. в Баварии.

 В концепции Маритена источником суверенитета государства будет Бог, главными целями государства станут социальные, и христианские идеалы — каноны социальной политики государства. В такой христиански инспирированной демократии религия будет регулировать на высшем уровне отношения между индивидами, что в теории должно способствовать развитию человеческой свободы.

 Всё это теперь будет заложено в новую «путинскую» Конституцию, суверенного государства РФ, где идеология евразийства с человеческим лицом пришла на смену идеям социализма.

 В отличие от марксистского гуманизма, Маритен не считает свою концепцию, утопичной. Социалистический гуманизм абсолютизирует коллективное начало, либеральный — индивидуальное, а интегральный гуманизм придерживается золотой середины, сочетая обновление с сохранением традиционных ценностей.

 Маритен и Лурье были убеждены, что государственный коммунизм и фашизм искореняли такую свободу, а либерализм, поощряющий эгоизм и индивидуализм, вообще противоречит нормам христианства, как они его понимали. Интегральный же гуманизм рассматривает человека как единство божественного и человеческого начал.

 Соблюдение трех основных принципов интегрального гуманизма — утверждение ценностей личности, совместное существование людей в стремлении к общественному благу, а также христианско-теистическая направленность, ведущая к экуменическому сближению верующих, с точки зрения Маритена, приведет к существованию глобального общества, в котором наиболее полно смогут раскрываться способности личности, а также будет воплощаться человеческая свобода.

 Чтобы охарактеризовать значение интегрального гуманизма Маритена для развития католической церкви в XX веке, достаточно упомянуть, что в 1967 г. в энциклике «О прогрессе народов» («Populorum progressio») Павел VI писал о стремлении Римо-католической церкви к реализации идеала «интегрального гуманизма». (8)

 Идеи христианской демократии Маритена также встречаются в других социальных моделях, которые западные интеллектуалы разрабатывали под присмотром Ордена Иезуитов. К примеру, дистрибутизм который волновал автора популярных фэнтези католика Толкиена, или Солидаризм (Коропративизм) иезуита Нелл-Бройинга, выходца из среды германской аристократии, который всегда был в тесном контакте с католическим рабочим движением. Он даже приветствовал формулировки партийной Годесбергской программы Социал-Демократической Партии Германии (СДПГ) в 1959—1989 гг., которую он назвал «кратким обзором католического социального учения» . (9)

 И вот теперь один из лидеров СДПГ Герхард Шрёдер фактически руководит государственной «Роснефтью», а Игорь Сечин у него на посылках.

 Супруги Лурье сотрудничали с Еленой Извольской в деле организации экуменического общества «Третий час» («The Third Hour»). «Стасовец-евразиец» Лурье был соредактором одноимённого журнала, выходившего в США на трёх языках. Первая жена — Елизавета Лурье, сотрудничала с журналом «Третий час» в Нью-Йорке. В этой работе они не моги не пересекаться с масоном-сталинистом и католиком Александром Казем-Беком, будущим референтом митрополита Никодима Ротова, патриаршего экзарха Западной Европы, известного крипто-иезуита, экумениста, реабилитировавшего староверие в РПЦ, которую правильнее называть КСПЦ – Корпорация Советская Православная Церковь.

 Известен такой случай. Никодим купил в Париже ярко-красный материал и сшил из него мантию по примеру католиков. В этой красной мантии он совершал в Ленинграде богослужение, после чего стали говорить , что он «красный архиерей». Между прочим, фамилия его матери была Сионская.

 

                             ЕВРАЗИЙЦЫ ПРОТИВ ВАТИКАНА

 

 В 2005 г. вышла книга доктора философии американского Браунского университета Игоря Георгиевича Вишневецкого «”Евразийское уклонение” в музыке 1920–1930-х годов». Автор называет Владимира Стасова «предтечей музыкального евразийства» и одновременно идеологом «национального направления в русской музыке». Он уравнивает «русское» и «евразийское».

 На материале политической философии и музыки — И.Г. Вишневецкий пытается доказать жизнеспособность своего надуманного умопостроения «русское европейское азиатство». Таким ему из США видится мощный проект альтернативной модернизации, нацеленный на преодоление модерна и создание привлекательной концепции «новой западности», уходящей корнями в культуру центральной и восточной Евро-Азии.

 Зачем это нужно Вишневецким, Пыжиковым, Гайдарам, Чубайсам и Соросам –это понятно. Кто объяснит: зачем это всё нам, русским, славян?

 Вишневецкого, как и прочих манипуляторов с термином «евразийство», не смущает, что те подлинные евразийцы были против «Запада» не потому, что «Запад» был против христианского русского большевизма, а наоборот, потому что Запад принёс в Россию и Китай сатанинский коммунистический терроризм, уничтожавшей всё русское и истинно христианское. В сборнике «Россия и латинство» ( Берлин, 1923 г.) евразийцы прямо обвиняли Ватикан в сговоре с большевиками, а если верить Пыжикову, и со старообрядцами, поддержавшими Ленина, Сталина и далее вплоть до Путина.

 Елена Стасова служила в интернациональной ВЧК периода «красного террора», который вместе с Гражданской бойней только к 1920 году унёс 10 миллионов жизней. Причём на стороне большевиков воевало сто тысяч китайцев, цифра почти равная армии Колчака в лучшие её дни. Насколько я понимаю, в 1922 г. в РСФСР вообще не было армии, но никакой Запад этим не воспользовался «для удушения молодой республики Советов».

 Особенно этот альянс Ватикана и Кремля стал заметен бело-эмигрантам после Генуэзской конференции. В предисловии к сборнику «Россия и латинство», написанном малороссийским дворянином Петром Николаевичем Савицким (1895-1968) читаем:

 

«Настоящий сборник посвящен вопросу о соотношении России и латинства. По природе поставленного на обсуждение вопроса и по обстоятельствам переживаемого времени, эта проблема связана с другой, еще более широкой и коренной, вопросом «о соединении церквей». Внешним побуждением к составлению сборника послужило общее ощущение всеми его авторами глубокой греховности и ложности пути сближения или хотя бы соглашения с Советской властью, пути, который намечали для Римской церкви в незапамятные «генуэзские» дни, некоторые ее представители и который, конечно, и поныне остается открытым для Ватикана…

Есть враждебные и деятельные силы, препятствующие построению моста. И ныне силы эти напряжены и деятельны, как никогда раньше. В действии своем они едины./…/

Следует понимать, что в некотором смысле большевизм и латинство, — интернационал и Ватикан, — в отношении историческом и эмпирическом, суть соратники и союзники. Ибо обе эти силы покушаются на твердыню Православного Духа — а она есть твердыня, которой крепка Россия…».

 

 Наряду с будущим колчаковским пропагандистом и теоретиком национал-большевизма (сталинизма) Н. В. Устряловым, господин П.Н.Савицкий являлся одним из теоретиков русского национал-либерализма (европоцентризма) младшего поколения. Публиковался в журналах П. Б. Струве «Великая Россия» и «Русская мысль». В 1916—1917 годах работал в русском посольстве в Норвегии. Вернулся в Россию непосредственно перед Октябрьским вооруженным переворотом, после которого уехал на Украину, воевал на стороне гетмана Павло Скоропадского с «петлюровцами». В 1919 году примкнул к добровольческому движению юга России («деникинцам»), был заместителем («товарищем») министра иностранных дел в правительствах Деникина и Врангеля.

 За годы гражданской войны он пришёл к пониманию России как «срединного материка» между Европой и Азией — Евразии. Так он стал одним из основателей евразийства, дополнив своими прозрениями идеи Н. С. Трубецкого. Странно, что они не остановились на простом названии «Россия». Это раздражала «народного монархиста» Ивана Солоневича, который считал, что евразийцы без драки хотят пролезть в большие забияки.

 Следующей в сборнике «Россия и латинство» идёт статья польского дворянина Петра Петровича Сувчинского ( 1895-1985) «Страсти и опасности», который признаётся, что «веры в бескорыстие Католичества – у православных нет и, до перерождения самой сущности и всей практики Западной Церкви, — доверия к нему обнаружено быть не может».

 Ничего подобного в псевдо –стасовской, «евразийской» концепции у коммуниста и атеиста А.Пыжикова мы не находим. Кляуза о связи Романовых с Иезуитами – это обыкновенная клевета. Базарный крик вора – «Держите вора!». К сожалению, на базаре, как и в альтернативной истории это пока работает. Период Екатерины 2, Пала 1, Александра 1 надо рассматривать отдельно, что я и делаю.

 Иезуит Маритен защищал идеи «порядка» в эстетике и философии, так гармонировавшей с эстетико-политическими взглядами самого Лурье, евразийство которого носило, как это всегда бывает у евреев, радикальный характер. Как музыкант Сувчинский имел связи с западноевропейскими коллегами и его роль в их среде как уникального арбитра в вопросах эстетических, да и не только в них, росла.

 Музыка рассматривалась Лурье и Сувчинским как поле приложения определенных историко-политических концепций, как средство их пропаганды, но ближайшим объектом пропаганды были, конечно, не западные европейцы, а русская эмиграция. Сувчинский стремился приобщить к близкой евразийцам проблематике молодого пианиста и композитора Сергея Прокофьева (поначалу не слишком удачно).

 Кстати, лучшее произведение будущего лаурета Ленинской и Сталинской премий С.Прокофьева, рыцарский марш из оперы «Любовь к трём апельсинам», был написан в 1919 г. в Нью-Йорке.

 Вишневецкий называет евразийство, родившееся, буквально, в первые же месяцы эмиграции — в 1920–1921 гг., когда в России еще продолжалась Гражданская война, — «парадоксом». Он видит это как «соединение революционного пафоса с открыто анти-западно-европейской целостной идеологией, выходящей за пределы «цивилизованной» оппозиции политически левого (прогрессизм) и правого (консерватизм)».

Мол, сама идея «движения вперед» была поставлена евразийцами под сомнение как конструкт индивидуалистического, буржуазного сознания. Евразийские построения типа «изгнания оценочности» (кн. Н. С. Трубецкой) якобы были направлены против либеральной идеи личности, ибо таковая считалась ими источником «эгоцентризма». Такое было не допустимо ни с научной (большинство лидеров помимо деятельности политической смогло успешно реализовать себя в лингвистике, этнологии, литературоведении, музыковедении, богословии и философии), ни с религиозной точки зрения: серьезное отношение к собственным христианским убеждениям доминировало в евразийских кругах.

 В плане практической эстетики — а нас занимает больше всего именно эта сторона евразийства — П. П.Сувчинский утверждал, что известной религиозной настроенности отвечает адекватный ей стиль — в музыке ли (наш «лад»), в живописи (перспектива, не стиль, а так видит, не может иначе изобразить), в зодчестве (готика есть уже развеществление, камень уходит в кружева, пролеты, уход от материи; а византийский купол приближает Твердь небесную к земле и человеку; само слово хорошее).

 Евразийцы отказывались признавать себя «европейцами» или «азиатами», левыми или правыми, что и позволяло в рамках движения сосуществовать столь политически разным людям, как «красные» кн. Д. П.Святополк-Мирский, А.С.Лурье, P.O.Якобсон, отнюдь не симпатизировавшие «сталинцам» Л.П.Карсавин, кн. Н.С.Трубецкой и занимавшие политически парадоксальную позицию — коллективистская экономика, футуризм, религиозные устои — П. Н. Савицкий, П. П. Сувчинский, а на раннем этапе евразийства и Г. В. Флоровский.

 Такое интегральное или гибридное Евразийство мыслилось ими как проект не менее революционный и амбициозный, чем сама вызвавшая его к жизни русская революция. Целью движения полагалась «революция в сознании, в мировоззрении интеллигенции». (10)

 Переворот, «умоперемена-метанойя» (Л. П. Карсавин, вторая половина 1920-х), который бы вывел сознание русской нации из плена идеологии европейского прогрессизма, которая (по мнению Н.С.Трубецкого), являлась лишь маской культурного империализма, колонизации и разрушения всего типологически чуждого ограниченной цивилизации европейского «Запада».

 

«Надо всегда и твердо помнить, что /…/ истинное противопоставление есть только одно: /…/Европа и Человечество», — безапелляционно утверждал Н.С.Трубецкой. (11)

 

Эволюционный иерархизм Трубецкой предлагал заменить революционно-анархической горизонталью. Более того, объявление одних культур превосходящими другие виделось ему неверным и грешным с православной точки зрения, а по-человечески неумным. Трубецкой в «Европе и человечестве» писал:

 

«Нет высших и низших. Есть только похожие и непохожие. Объявлять похожих на нас высшими, а непохожих низшими — произвольно, ненаучно, наивно, наконец, просто глупо». (12)

 

 Чижи…ки и Пыжиков стараются не употреблять термин «евразийство» по которому в конце 80-х била тяжёлая артиллерия в лице Аполлона Григорьевича Кузьмина (1928-2004) и православного курда Константина (Карема) Багировича Раша (1936-2016).

 По меткому определению К. Раша «евразийство» это «наиболее подлая форма русофобии» , опасная именно тем, что её разместили на «русском направлении». Это из статьи А.Кузьмина «Ухабы на “русском направлении”» в самом ударном номере за всю историю журнала «Молодая гвардия» 1992 года ( №3-4). Против выступлений Л.Гумилёва и В.Кожина в журнале «Современник».

 Это ведь тогда, благодаря картавому Лёвочке, сыну поэта масона Николая Гумилёва, учившегося в Сорбонне, возникла бредовая концепция о том, что на Руси не было татаро-монгольского ига. Эта концепция готовила плацдарм для теории, что в России не было и большевицкого ига, которое теперь называют одни неохазарским, другие — жидовским.

 Лев Гумилёв (одессит Горенко по матери) называет Благоверного князя Михаила Всеволодовича Черниговского, убитого Батыем в 1246 г., «государственным изменником», за то, что тот якобы явился на Лионский собор, где планировалась «антимонгольская война». Однако князь Михаил на том соборе не был. Зато он объездил всю Польшу и Венгрию, прося помощи против татаро-монгол, но не получил ничего.

 На Лионском соборе был черниговский игумен Пётр Акерович, митрополит Киевский (1241-45). Тоже наивно надеявшийся на помощь Европы. Рассказывал сытым латинским прелатам об ужасах татаро-монгольского разорения. Однако Рим надеялся договориться с Золотой Ордой за счёт той же Руси и других завоёванных Батыем земель.

 

«Главное же в другом; в какой «государственной измене» обвиняет Л. Гумилёв Михаила Черниговского? – Спрашивает А. Кузьмин.- Ведь черниговский князь монографий Л. Гумилёва явно не читал и не знал, что монголы опустошили Русь ради её же собственного блага./…/Михаил Черниговский, как известно причислен к лику святых православной церкви. Его поведение в ставке Батыя воспринималась на Руси как подвиг, подвиг верности Отечеству и вере. У евразийцев вера, очевидно, другая». (13)

 

 Всё правильно. Вера у них другая. Мефистофельская.

                                                     ПРИМЕЧАНИЕ

 

1. Воробьёв И. С., Синайская А. Е. «Композиторы русского авангарда» СПб., Композитор Санкт-Петербург, 2007 г., Артур Сергеевич Лурье (1891—1966), с. 50;

2. «ВикипедиЯ», Лурье Артур Сергеевич;

3. Вишневецкий, 2005 г., 1. Введение, с. 8;

4. Савенко С. И. «Жить становится все труднее и труднее…» Парижские годы Артура Лурье // Русское еврейство в зарубежье. Том 4 (9): Русские евреи во Франции. Кн. 2. Сост. М. Пархомовский, Д. Гузевич. Иерусалим, 2002г., с. 378—389;

5. Келдыш Ю. В. 1917—1920. Глава I. Советское музыкальное строительство в первые годы после Октября // История музыки народов СССР : в 5 т. / Отв. ред. Ю. В. Келдыш, М., Советский композитор, 1970 г., Т. 1., с. 57;

6. «Евразия» (Париж, 1928—1929). Сводный каталог периодики русского зарубежья. Дом русского зарубежья им. А. Солженицына ], где выступил автором статей о музыке (в частности: О Рахманинове, 1928 г., № 4; Кризис искусства, 1928, № 4; 1929, № 8; Бела Барток. 1929, № 18. Вишневецкий, 2005г., 1. Введение, с. 8;

7. Горький М. «Воспоминания о Льве Николаевиче Толстом» Второе доп. изд., с.10-11;

8. «ВикипедиЯ», Маритен, Жак;

9. Oswald von Nell-Breuning «Wie sozial ist die Kirche?» Düsseldorf , 1972, S. 95;

10. Из письма кн. Н. С. Трубецкого к P. O. Якобсону от 7 марта 1921 г.;

11. Цит.по: Вишневецкий, 2005 г., 1. Введение, с. 8.

12. Цит.по: Вишневецкий, 2005 г., 1. Введение, с. 8.

13. Кузьмин А. «Ухабы на “русском направлении”» , журн.«Молодая гвардия» 1992 г., №3-4, с.4.

 

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

три − два =