«ДЕБАТЫ ГИРКИН-АРТЁМОВ: ТУХЛЫЙ БАЗАР ДВУХ СОРАТНИКОВ БАБУРИНА»

Валентин Новиков

          «ГИРКИН-АРТЁМОВ: ТУХЛЫЙ БАЗАР ДВУХ СОРАТНИКОВ БАБУРИНА»

 

 Анализируя пустопорожние дебаты «Гиркин-Артёмов», мне вспомнилась цитата одного исторического деятеля, безумная борьба, которого закончилась в мае 1945 года, сказал: «Чем больше узнаю подлость и коварство наших врагов, тем больше прощаю наш народ». Может не дословно, но как-то так. Однако развитие этой мысли приводит к другому выводу: «Чем больше узнаю подлость и бездарность спасителей русского народа, тем больше прощаю наш многострадальный народ».

 Конечно, я сам являюсь частью части общности наций проживающей на территории РФ, а значит, вынужден страдать от того, что называется «российской политикой», феномена, по сути, душевно и духовно нездорового. Ясно, что нормальный человек никакой диктаторской власти над себе подобными не хочет. Однако как наличие сумасшедших домов в городе не означает повального умопомешательства, так и наличие умных русских не означает разумности всего русского «движения», «марша», так сказать.

 Реальность же такова, что никакого «русского движения» нет, а главное что и не было. Имитация была. Закончилась и имитация. Казалось бы: чего всерьёз говорить о разумности того чего нет. Пустоты. Но нет же, нашлись такие.

 Нет, возможно, в кантонах Швейцарии или Новой Зеландии что-то такое здоровое и наблюдалось. И то до пандемии, и только для своих граждан. Но извините у нас Россия. Каждые 50 лет у нас или революция за Конституцию или война со всем миром, или всё вместе взятое. «Судорога», как это называл персонаж романа Достоевского «Бесы».

 Так вот я всё об этих «кознях бесовских», о наших доморощенных «бесноватых фюрерах», самозваных «спасителях» и «защитниках», которые не успокоятся, пока всё не извратят, не развалят до основания. И в результате, какое-то время вместо одного Путина, мы будем иметь десятки путиных в каждой «суверенной» бандерлогии, в которую тогда превратится бывшая РФ. Только вообразите: не одна, а десятки чекистско-бандитских «патриотических Донецких республик». Не один сбитый «Боинг», а десятки!

 Всё это уже давно понял народ и оттого он безмолвствует. Налево пойдёшь — горе, направо пойдёшь — беда. Налево посмотришь: сидит бабуринец Игорь Гиркин, направо посмотришь – бабуринец Артёмов, а по центру «нижний» крутит эти два напёрстка, собирая с придурков «донаты» и комплименты.

 Однако, начну не с персонажей, а, как говорит товарищ Кургинян с «сути времени» неразрывно связанного с сутью выбранной темы псевдо-дебатов. Что-то типа «Можно ли правым объединяться с левыми?».

 Сразу возникает вопрос: зачем объединяться тому, что не является единым? Есть ведь разница – яблоко целое и яблоко, разрезанное на пять частей? На это «бабуринцы» нам отвечают: «Чтобы сменить Путина и его команду, ведущую страну к краху». Сменить через революцию, майдан, или как сейчас модно говорить, «левый поворот». Потом всё само собой утрясётся, все сядем в Госдуму и будет истинное народоправие, справедливость и счастье, как при товарище Сталине, Брежневе, Чавесе, Лукашенко и Бородае с Гиркиным в Донецке.

 Вот я и спрашиваю: где в РФ вы видели реально, а не на словах «левую» партию? Наконец главное: что такое «правое» в контексте революции как восстания обездоленных масс, выражаясь термином Ортеги и Гассета?

 Простите, но у нас даже анархисты хотят закрыть «рестораны и церкви» только после своей революции, которая установит их революционную диктатуру. Вон Махно он понял, что в России возможна или анархия, или монархия. Поработали бандиты на большевиков, а потом Ленин установил «красную» монархию. Спор умного большевика и глупого анархиста хорошо описан у Алексея Толстого в «Хождениях по мукам».

 В отличие от Империи, где власть передавалась от отца к сыну, в СССР передавали власть от дедушки к дедушке. На Кубе и в Северной Корее это исправили. В Китае пока держаться. Монархия и социализм – это метод управления, а не какая-то там «отсталая» или «передовая» формация.

 Если бы Гиркин и Артёмов не были бы безнадёжно самовлюблёнными тупарями, то дебаты можно было построить на обсуждении противоречия идей, пропастью лежащих на пути объединения сталинистов и самодержавных монархистов — государство создаёт нацию, против — нация создаёт государство. Поясню однажды масон-карбонарий из «Молодой Италии» Джузеппе Мадзини как-то изрёк:

 

«Итальянское государство создано, осталось создать итальянцев».

 

 Ничего неожиданного тут нет. Такой же «национализм» проповедует Карл Маркс. Так в книге 2006 г. «Марксизм: не рекомендовано для обучения» Борис Кагарлицкого, пожалуй, один из самых умных современных псевдо-левых, в разделе «Марксизм и национальный вопрос» на с. 390 ясно пишет:

 

«Правящий класс организует государство в соответствии со своими потребностями и задачами,/…/государство, в свою очередь, создаёт нацию».

 

 Перевожу на русский. Евреи-большевики и их потомки, создавшие СССР-РФ никогда не допустят, чтобы русский «империализм» возглавил другие народы в борьбе против рабовладельческого коммунизма. Наоборот, они возглавят другие народы под знаменем «левой идеи» (неосталинизма) для борьбы с остатками русского православного империализма, который они теперь дружно маркируют «путинским царизмом».

 Однако, когда левая нерусь кинулась утверждать, что «фашистское государство», т.е. ещё советская полит-бюрократия, создаёт у нас 30 лет русскую нацию и гнобит другие народы, она автоматически попала в свою же идеологическую ловушку. Левые всегда против любого «государства».

 «Там где есть свобода нет государства, там где есть государство нет свободы» — писал Ленин в работе «Государство и революция» за несколько месяцев до «Великого Октября» и 5 лет до создания СССР. Если русские порабощены «бандой» полковника ФСБ Путина», как теперь утверждают революционеры Гиркин и Артёмов, то для чего сотрудник Центрального аппарата ФСБ Гиркин «освобождал» русских в Крыму и на Донбассе? Зеркальная ситуация на Украине. Каких славян может освободить Зеленский, марионетка Коломойского?

 Ещё одна логическая ловушка, в которую уже давно попали Гиркины и Артёмовы.

 Допустим, что люди, маркирующие себя «левыми» и «правыми» вскоре объединятся за сильное Государство, которое как Афродита из пены морской, выйдет из революции против «Путинской олигархии», «чипизации» и т.п. Но разве не понятно, что пока тоталитарная лево-правая партийная бюрократия действуют мирно, в условиях свободы слова и собраний, она прикидывается «левой» силой, т.е. рабочими или народными (националистическими) партиями. В духе работы Энгельса «Развитие семьи, частной собственности и государства» и краткого конспекта Ленина этой работы «Государство и революция» летом 1917 года.

 Вся эта «рептилойдность», как выражается полковник ФСБ Гиркин, основана на расчёте что «массы», досл. с англ. «куча грязи», рабочих, пенсионеров или студентов можно будет использовать для захвата власти. На путях свержения любой власти и любого строя поддержку можно найти лишь в «левых», анархическо-либеральных, а никак не «правых» т.е. консервативных, контрреволюционных кругах.

 Но на словах и после захвата власти, когда устанавливается тоталитарная диктатура эти «красно-коричневые» партии продолжают считаться «левыми» и «революционными», борющимися против «реакционного старого мира». Хотя у Ленина хватило смелости написать работу о «болезни левизны в коммунизме» и сказать о Бухарине, что тот «зарвался в своём левоглупизме до чёртиков».

 На деле тоталитарная диктатура политбюрократической своры является более суровой и действительно более тотальной, чем любая военная диктатура правого толка типа Колчака, Виделы или Путина. Хотя и в этих диктатурах мало проку для простых людей. Левые, правые, центр – всё это категории общества, где ещё есть какие-то свободы, но хочется ещё большего. В классическом тоталитарном обществе ничего этого нет. Есть лишь одна «генеральная линия» вождя-фюрера и элитарной политбюрократии его партии.

 Партии коммунистов, фашистов, национал-социалистов любых национальностей — они не левые, не правые и никакие другие – они тоталитарные. Они просто хотят абсолютной власти, не ограниченной никакими профсоюзами, средствами массовой информации, капризными избирателями, интеллектуальной оппозицией или каким-либо законом. Они сами –закон для всех остальных. Такая неограниченная свобода, которая даёт никем и ничем не ограниченная власть, есть высший этап и законченная форма того, что обычно называют «левым либерализмом».

 Это принцип диалектики – борьба и единство свободы и деспотии. По причине любви к беззаконию «правые» не желают исполнять новые заветы Христа, а «левые» дореволюционные заветы Ильича или какого-нибудь Ельцина.

 По этой же причине крупный капитал всегда будет финансировать только тоталитарные партии, надеясь убрать законную конкуренцию на открытом рынке, чтобы получить контроль над рынком, получить монопольно-олигархические позиции для подавления конкуренции «буржуазии», т.е. мелких предпринимателей из среднего класса. Это азбука, таблица умножения.

 Идеалистические грёзы примирить марксиста-лениниста Сталина и православного Николая II, несостоятельны, так как Маркс радикально отрицал любую национально-религиозную мораль, ставя на её место глобальную революционную целесообразность. В этом отношении показательны слова из «Немецкой идеологии» о том, что «коммунисты не проповедуют никакой морали». (1)

 В «Манифесте Коммунистической партии», где мораль включена в ряд специфических феноменов классового общества, подлежащих преодолению вместе с этим обществом, К.Маркс и Ф.Энгельс отвечают на возможное возражение, что «коммунизм отменяет вечные истины».

Предшественниками своего отрицания любой морали и нравственности, т.е. способности отличать добро от зла, Маркс и Энгельс называли древних философов киников (циников). Это что-то типа «телемитства» Алистера Кроули. При жизни Маркса аристотилевский и кантианский идеализм первым стал отрицать создатель Ордена коммунистов-иллюминатов иезуит-каббалист Адам Вейсгаупт.

 Истинным же кумиром тоталитаристов всех времён и народов был и остаётся чиновник-силовик Николло Макиавелли, подлинный идеолог Ордена Иезуитов, созданного родами Борджиа, Медичи и Гусманов-Ротшильдов. Лойола лишь добавил к макиавеллизму мистицизма, с помощью которого открывалась связь с невидимым миром бесов-помощников. Кстати, отсюда тяга всех этих «красно-коричневых» к католицизму и теоретикам политического «христианского-социализма» типа Фелисите де Ламене или Карла Шмидта.

 Вот несколько наисвежайших изречений автора «Государя» коим уже 500 лет:

 

«В наши времена уже очевидно, что те государи, которые мало заботились о благочестии, и умели хитростью заморочить людям мозги, победили, в конце концов, тех, кто полагался на свою честность».

«Государю нет необходимости обладать всеми добродетелями – но есть прямая необходимость выглядеть обладающим ими».

«Человеку, который желает при всех обстоятельствах пребывать добродетельным, остаётся лишь гибнуть среди множества тех, кто не добродетелен».

«Государь может нарушать своё честное слово по мере надобности».

«Добрыми делами можно навлечь на себя ненависть точно так же, как и дурными»

 

 Как современно! И ведь, что поразительно все эти маргариновые дебаты активистов из штаба кандидата в Президенты РФ С. Бабурина — Гиркина и Артёмова, — вертелись именно вокруг одной очевидной мысли – не обманешь, не схитришь, не предашь — не захватишь власть. Цель оправдывает средства. В этом смысле они уже давно объединены. Они в другой банде и ещё не известно, будет ли она лучше «путинской»? Сомневаюсь.

 Ленин, Троцкий, Сталин, Гитлер, Мао следуя за Марксом, понимали, что  без отказа от «поповской морали» никакую революцию не сделаешь, власть не захватишь. В этом плане один разогнанный «гей-парад», или «венчание» Ксении Собчак, куда ближе подвинул общество к коммунистической революции, чем 10 разрешённых митингов «православной» КПРФ!

 По Марксу мораль даёт ложный выход социальному негодованию масс, подменяет действительное решение проблем иллюзией их решения, представляет собой воплощённое безсилие («безсилие, обращенное в действие» – так звучит одно из марксовых определений морали).

 Моральная деформация общественного сознания, согласно К.Марксу, призвана обслуживать интересы господствующих, привилегированных слоев общества, помочь им навязать свою волю всему обществу. Люди нуждаются, поэтому не в теории морали, а в том, чтобы освободиться от ее дурмана, «опиума для народа». В принципиально-философском плане подход К.Маркса к морали ничем не отличается от его подхода к религии (что, заметим в скобках, является косвенным признанием их внутреннего единства). Суть марксовой позиции состоит в том, что мораль недостойна теории, но при этом сама мораль уже есть идеология консервативного национально-религиозного государства.

 Ведь теория какого-либо предмета есть вместе с тем санкция этого предмета, признание его необходимости, законного существования – именно в этом, в законности, бытийной легитимности К.Маркс и отказывает морали.

 Нельзя сказать, чтобы русские коммунисты не понимали этого. Особенно в период, когда на Западе «новые левые» начали «сексуальную», т.е. марксистскую революцию. Руководство СССР подписало себе смертный приговор, когда приняло в 1961 г. «Моральный кодекс строителя коммунизма», сознательно включив в него «идеологию религиозных элементов». Такими «скрепами» хотели отгородиться от «тлетворного влияния западной культуры».

 В Уставе КПСС, утверждённом в 1986 г. этот «Моральный кодекс» уже отсутствует. Это понятно, начиналась сталинская андроповско-горбачёвская сексуальная революция, скопированная с лучших западных образцов. Потом циники будут острить: «Разрешили бы на 1 канале ТВ голых баб и Высоцкого жил бы себе СССР и жил».

 В 2011 г. до мозга костей советский Путин не случайно посетовал, что «мы утратили определённые ценности советского периода, связанные с кодексом строителя коммунизма», назвав его «выдержкой из Библии». В 2016 году он похвалил Моральны кодекс, заявив, что ему нравятся коммунистические и социалистические (библейские) идеи в этом кодексе. В 2018 г. Путин назвал «Мор. код. стр. комм.» «примитивной выдержкой из Библии».

 Контрреволюция всё это, как говорил Шариков. Зато как Хозяева Запада, тогда ещё консервативно буржуазно-религиозного, любили Сталина и коммунистов, когда они взрывал русскую, германскую, французскую, испанскую мораль и культуру! Народы стали прозревать, начался рост антисемитизма, и тогда к власти были приведены милитаризованные нигилисты, погнавшие народы на убой друг друга.

 Не случайно содомит-сатанист Алистер Кроули так высоко ценил Гитлера и Сталина, и даже разрабатывал идеологию для Хозяина СССР. Но Сталину нужна была материальная помощь «Большого Брата» на Западе, приютившего Франкфуртскую школу в Колумбийском университете, где потом стажировались «прорабы перестройки» Александр Яковлев и Олег Калугин. Народы Британии и США исповедовали тогда ещё консервативную, христианскую мораль и не понимали, как их бизнес-элита может иметь дела с коммунистическими кровавыми тиранами в СССР и Китае.

 Тогда Сталину посоветовали смягчить своё отношение к религии. Для затыкания ртов западной «правой» (консервативной) общественности была создана МП РПЦ. Произошло это накануне Конференции в Тегеране, где Президент США масон Рузвельт жил в посольстве СССР. На обеде после второго заседания Тегеранской конференции 28 или 29 ноября 1943 года по воспоминаниям Черчилля и других участников произошел такой краткий диалог:

 

Черчилль: «Я полагаю, что Бог на нашей стороне. Во всяком случае, я сделал все для того, чтобы он стал нашим верным союзником…».

Сталин: «Бог на вашей стороне? Он ведь Консерватор? Дьявол, на моей стороне, он ведь хороший Коммунист».

 

 Представляю, какой бальзам Сталин пролил тогда на чёрную душу масона и друида Черчилля, сдавшего потом ему казаков и создавшего на костях сербских монархистов генерала Драже Михайловича феномен коммунистического маршала Тито.

 Земляки Сталина в Москве устраивались исключительно в силовые ведомства. Георгий Эгнаташвили, к примеру, был приставлен охранять главу советских профсоюзов Николая Шверника. В конце декабря 1941–начала 1942 года Сталин направил Шверника с делегацией к тому же русофобу Черчиллю в Лондон. Посланцы Кремля целый месяц разъезжали по заводам Англии, изготавливающим вооружение. Перед отъездом Сталин инструктировал Шверника, чтобы он не вздумал там «за коммунизм агитировать». (3)

 Пока Черчилль принимал у себя Делегацию советских «синдикатов», а военный министр Соединённого королевства Антони Иден осматривал антикварные магазины Москвы, Сталин принял в Кремле главу Русской православной церкви. Правда в ту пору Иосиф Виссарионович называл Христа не иначе как «собака» и просил земляка Дату Гаситашвили не ругать какого-то его «Бога». (4)

 Все эти фразы реального Сталина-сатаниста, особенно важны теперь, когда Зюгановы, Грудинины, Бабурины, Гиркины, Квачковы, Четвериковы, Степановы, Душеновы, Чаплины, Гундяевы продают нам, русским, Джугашвили как тайного православного, и даже ревнителя Самодержавия русских Царей.

 А кто вообще доказал, что те, кто выдают себя за «сталинцев», в реальности не троцкисты или марксисты? Известны сатанинские стихи Маркса, кстати, троюродного брата Лайонеля Ротшильда. То же стихотворение «Скрипач».

 Маркс понимал, что освободительной миссией пролетариата движет огромное чувство ненависти, злобы, зависти. Вожди пролетариата в такой борьбе должны распалять ненависть масс или придерживаться ограничений, налагаемых моралью?  Можно сколь угодно вопить, что Христос был первым коммунистом, но от этого люди не пойдут крушить молотками головы нацгвардейцев, чиновников, олигархов.

 Так постепенно нас подводят к мысли, что сама революционная борьба обретает моральный смысл и становится своего рода этическим каноном. «Православный коммунизм» это чепуха, нонсенс, это исключённой всей логикой материалистического понимания истории. Сам Маркс чётко и резко не объявлял революцию новой религией. Зато это сделали его последователи, в частности еврейские большевики. Наиболее открыто и последовательно место морали в рамках коммунистического учения, на взгляд некоторых марксистов, определил именно Лев Троцкий в работе «Их мораль и наша». Он заявил, что «мораль есть функция классовой борьбы», что «вопросы революционной морали сливаются с вопросами революционной стратегии и тактики».(5)

 Поразительно, но нигилистическая этика масона Фридриха Ницше по составу идей и общему пафосу поразительно совпадает со взглядами Карла Маркса на мораль в их наиболее радикальном выражении. И вот здесь и происходит смычка коммунистов с нацистами и фашистами против «путинского фашизма». Никакой Иисус Христос «в белом венчике из роз» тут не при чём. Это камуфляж, фиговый листок, маска Антихриста для политической религии. Не случайно тот же Чаплин одновременно курировал и нацистов (Боброва, Очкин), и сталинистов (Квачков, Петрунько). Все они были на его похоронах.

 В заключение пару слов о теории «консервативной революции», придуманной тем же Израилем Гёльфандом, он же Александр Парвус, а не Артуром Мёллером ван дер Бруком. В своё время иезуит и потомственный масон Жозеф де Местр, которого фашистский барон Юлиус Эвола называл первым «учителем правой мысли» в Европе, в своей работе «Размышление о Франции», высказываясь за реставрацию монархии, советовал делать отличие между контрреволюционной революцией и контрреволюционным движением против самой идеи какой-либо революции. (6)

 Абсолютно любой революции, даже «правой», а уж тем более какой-то бредовой «лево-правой». Вот почему «белыми» в истории являются только французские роялисты. Российские псевдо-белые были республиканцами. Путин, как и его оппоненты, республиканцы и оттого они все безсознательно ведут Россию к новому феврализму, через который мы, настоящие русские вернёмся к Самодержавию, и не пощадим ни одного революционера. Нас не будет, это сделают другие настоящие монархисты.

 Вы опять говорите, «чем хуже, тем лучше»? Хорошо, мы принимаем ваш вызов, но в этом углублении «худшего» — мы не участвуем. Однако запомним каждого врага русского народа. Бабурин, Гиркин, Артёмов и иже с ними — первые из них.

 Даже Жозеф-Мари де Местр понимал, что у любой революции есть теология и она всегда демоническая. Революция всегда самым роковым образом увлекает своих творцов за собой, нежели позволяет им действительно управлять ею. Чтобы такого не произошло, в ХХ веке была отработана технология «перманентной революции», которой управляют извне высокообразованные инженеры и блестящие манипуляторы. Сработают ли на этот раз «подушки безопасности», как они сработали в 90-х, не знаю.

 Перманентная революция Вейтлинга-Маркса-Троцкого начинается на буржуазно-националистическом этапе, а заканчивается на глобально-интернациональном. Когда Троцкий писал в 30-е годы свою «Преданную революцию», предсказывая неизбежный крах Сталинского СССР, он говорил о какой-то многопартийности и выборах, но вероятно речь шла о партиях, которые входили в коалицию с большевиками – меньшевики, эсеры, анархисты. На крайний случай кадеты. В сущности, в 90-е 2000-е всё это было сделано.

 То, что люди устали от одинаковых партий, вождей-болтунов, вранья и коррупции, понятно всем. Однако если «правые» овцы начинают завидовать «левым» волкам, или наоборот, то все они становятся волками в овечьих шкурах. А кто чью шкуру одел — это решайте сами. Времени для этого навалом. Как я и предсказывал 9 месяцев назад в аналитике «К Царю в Дивеево» так называемое «управляемое национал-патриотическое движение» навсегда закончилось, сгнило, умерло и, разлагаясь, воняет такими вот тухлыми дебатами.

Христос Воскресе и Самодержавная Россия Воскреснет!

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. Маркс К., Энгельс Ф . Соч. Т. 3, с. 236)

2. «God is on your side? Is He a Conservative? The Devil’s on my side, he’s a good Communist» (Robin Cross «Fallen Eagle: The Last Days of the Third Reich» London, John Wiley & Sons 1995, p. 21 ; https://en.wikiquote.org/wiki/Joseph-Stalin)

3. Логинов В. «Мой Сталин», М., журн. «Шпион»№1, 1993г.,с.68)

4. В.Логинов «Мой Сталин», альман. «Шпион» №1, 1993 г., с.67-69, 71; №2, 1993 г., с.39)

5. Троцкий Л . «Их мораль и наша» (1938 г.) // «Этическая мысль» (вып.1-8, 2000-2009 гг.), М., 1992 г., с. 221, 240)

6. Юлиус Эвола «Империя Солнца» Тамбов, 2010 г., с.163-165)

 

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

девять + 20 =