ЧИТАЕМ Х ГЛАВУ РОМАНА ДИЗРАЭЛИ «КОНИНГСБИ». ПЕРВЫЕ РОТШИЛЬДЫ — ГЕРЦОГИ МЕДИНА-СИДОНИЯ

             ЧИТАЕМ Х ГЛАВУ РОМАНА ДИЗРАЭЛИ «КОНИНГСБИ»

 

 В предыдущих материалах «Ротшильды: От великого Инквизитора Кастилии до банкиров Пап» и «Орден Иллюминатов, Иллюминисты и Французская Революция» мы неоднократно упоминали роман сорокалетнего Бенджамина Дизраэли, впоследствии лорда Биконсфилд, «Конингби, или Новое поколение», напечатанный отчего-то в 1844 г. не в Лондоне, а в Лейпциге. Сегодняшний план работы такой – читаем несколько страниц десятой главы, после чего несколько необходимых комментариев.

 Как политик Дизраэли известен тем, что не любил либералов, русское Самодержавие и изобрёл тактику «левая политика правыми руками». Он верил в то, что Англиканская версия Христианства является вершиной Иудаизма, а не его противником. Дизраэли неоднократно предостерегал «христиан», в его понимании меньших братьев иудеев, от коммунистической мировой революции. Как и де Люше, Александр Гамильтон и Эдмунд Берк, Дизраэли знал, что «…миром правят совсем другие персонажи, нежели это воображают те, кто не был за кулисами». (1)

 В отличие от лорда Актона, который пятьдесят лет спустя говорил только об анонимных «менеджерах», лорд Биконсфилд назвал их «еврейскими революционерами». Впрочем, как я уже сказал, Православную Россию и русских Дизраэли не жаловал, и в глубине души жаждал нашего падения и унижения.

 Дизраэли взял за правило самовыражаться через романы и делал это с большим успехом, чем два более поздних его подражателя, лже-полковник Мендель Хаус из Техаса и лже-антикоммунист Уинстон Черчилль в молодости. В книгах остроумный Дизраэли изображал себя как отчужденного, вежливого, всезнающего, слегка ироничного импресарио человеческой суеты. В «Конингсби» сочинённый им главный герой, богатый скиталец космополит Сидония, это попытка на свой манер обыграть сюжет Агасфера, «Вечного Жида». Но не мучающегося, а торжествующего. Тот, кто в Испании был ничем, гонимым арабским евреем Сидонией, в Англии становится всем — Ротшильдом.

 У разных народов Агасфер назывался по-разному — лат. «judeus immortalis» — «бессмертный еврей». У немцев, чехов и поляков «der ewige Jude» или «wieczny Żyd» — «Вечный Жид». У испанцев, итальянцев, французов и англичан -это «errante» или «the wandering Jew» — «странствующий еврей». Такой себе Иосиф Аримафейский.

 Персонаж Дизраэли это супер-финансист, власть за всеми политическими силами, безстрастный манипулятор и убеждённый монархист ещё невиданного Всемирного Царства. Тот, кому «помогает та абсолютная свобода от предрассудков, которая для человека без родины является компенсационным состоянием обладания». Его вера отгородила его от «занятий гражданина; его богатство лишало его возбуждающего безпокойства человека. Он чувствовал себя одиноким, одинаково без забот и обязанностей». (2) Вопрос в том, в какого «бога» верил герой романа о «новом поколении».

 Уже в 1844 г. Дизраэли через Сидонию публично подтвердил, что реальное правительство в Мире — это то, что сторонники практики заговора называют «Большим Братом», «Скрытой рукой» (Hidden Hand) или «глубинным Государством» (Deep State). Цель написания такого романа — показать «закулисе», что его, Дизраэли, хорошо бы приблизить и продвинуть наверх, поскольку ему понятны их уловки и приемы. Так и произошло. Дизраэли стал премьер-министром Великобритании, и один из Ротшильдов нёс гроб на его похоронах.

 Почему именно Сидония? От города Сидон в Финикии, жители которого перешли Гибралтарский пролив и основали в провинции Бетика город Медина-Сидония. В античности город был известен под латинским названием Asido (Асидония). В 712 году его завоевали арабы, которые выстроили в центре города традиционную медину (отсюда вторая часть названия). В 1264 году Альфонс X Кастильский отвоевал город у мавров и превратил его в крепость на границе с Гранадским эмиратом.

 Сидония происходит из «Новых Христиан» (Nuevos Christianos). Как пишет «Электронная Еврейская» Библиотека по-португальски это звучит – «кристаом новуш», по-испански ещё и «конверсос» (обращенные), реже — «конфете»(исповедующие), бытовавшее в Испании и Португалии обозначение евреев (и их потомков), принявших в конце 14–15 вв. католичество, главным образом при насильственных крещениях.

 Все эти термины первоначально не содержали уничижительной окраски, но с усилением могущества Инквизиции и значения доктрины «лимпьеса де сангре» (чистоты крови) стали равнозначны понятию «крипто худиос» (тайные иудеи) и прозвищам «марраны» (свиньи), «торнадисос» (перевертыши) и «аль-борайкос» (от арабского ал-Бурак — крылатый конь Мухаммада, имеющий и человеческое лицо; прозвище намекает на двуличие новых христиан) независимо от степени добровольности обращения в католичество и сохранения связей с иудаизмом.

 Любопытно, что символ белого крылатого коня в Солнце мы встречаем в тамплиерско-иезуитском Лондон-Сити, городе в городе Лондон, штаб квартире Империи Ротшильдов. Надо полагать, что этот символ выражает всю эту еврейско-арабско-испанскую тему, о которой далее.

 И так читаем о супер-банкире Сидонии, надо думать самом главном «Большом Брате Ротшильдов»:

 

«…произошёл от очень древнего и знатного рода Арагона, который на протяжении веков давал государству многих выдающихся граждан. В священстве его члены были особенно выдающимися. Помимо нескольких прелатов, в их число входил архиепископ Толедский; и Сидония, в период большой опасности и трудностей, в течение ряда лет занимал высшую должность Великого Инквизитора.

Всё же, как бы странно это не звучало, это, тем не менее, факт, у которого нет недостатка доказательств того, что эта прославленная семья в течение всего периода, как и две трети Арагонской знати, тайно придерживалась древней веры и обрядов их отцов — веры в единого Бога Синая и правил и соблюдение законов Моисея.

Теперь невозможно установить, откуда пришли те Ивритские (Гебраистские) арабы, чей давний переход пролива из Африки в Европу предшествовал вторжению мусульман-арабов. Их традиции говорят нам, что с незапамятных времен они жили в Африке; и не исключено, что они могли быть потомками некоторых ранних иудейских диаспор; как те Ивритские колонии, которые мы находим в Китае, и которые, вероятно, эмигрировали из Персии во времена великих монархий.

Независимо от того, что могло быть причиной их происхождения из Африки, их судьбы в южной Европе не трудно отследить, хотя летопись ни одной расы, ни в каком возрасте не может детализировать историю таких странных перипетий или случай с более трогательным и романтичным происшествием.

Их беспрецедентное процветание на Испанском полуострове, и особенно на юге, где они стали основными земледельцами, вызывало ревность Готов, и Совет Толедо в течение шестого и седьмого веков пытался предпринять серию указов, достойных варваров, которые их обнародовали, чтобы искоренить арабских евреев без земли. Нет сомнений, что Совет Толедо так же, как и вожделения Родериха, привели к вторжению в Испанию арабов-мусульман. Еврейское население, страдающее от самых кровопролитных и жестоких преследований, высматривало своих сочувствующих братьев Полумесяца, чьи лагеря уже сверкали на противоположном берегу.

Свержение Готских королевств было достигнуто не только благодаря превосходной информации, которую сарацины получили от своих страдающих родственников, но и от непреклонной доблести Пустыни.

Так были созданы Сарацинские королевства. Возникла та справедливая и непревзойденная цивилизация, которая сохранилась во тьме. Дети Измаила наградили детей Израиля равными с ними правами и привилегиями. В течение этих безмятежных веков трудно было отличить последователя Моисея от приверженца Магомета. Оба они одинаково строили дворцы, сады и фонтаны; одинаково занимали высокие посты в государстве, конкурировали в обширной и просвещенной торговле и соперничали друг с другом в знаменитых университетах.

Даже после падения основных Мавританских королевств, евреи Испании всё ещё относились к победившим Готам с нежностью и вниманием. Их число, их богатство, тот фактор, что, в особенности в Арагоне, они были владельцами земли и были окружены воинственными и преданными последователями, обеспечил им такой образ жизни, который в течение значительного периода времени делал их мало-чувствительными к сменам династий и религий. Но постепенно буря собиралась. По мере того как Готы становились сильнее, преследования становились всё более дерзкими. Там, где еврейское население было скудным, они были лишены своих привилегий или обязаны были подчиняться под названием «Новые Христиане». Вскоре союз двух корон при Фердинанде и Изабелле и падение последнего Мавританского королевства принесли кризис в судьбы как Новых Христиан, так и несоответствующих Ивриту.

Появилась Инквизиция, учреждение, которое истребило Альбигойцев и опустошило Лангедок, и то, о чём следует помнить, было установлено в Испанском королевстве наперекор протестам Кортесов и среди ужаса населения. Доминиканцы открыли свой первый трибунал в Севилье, и любопытно, что первыми лицами, которых они вызвали предстать перед собой, были герцог Медины Сидония, маркиз де Кадис и граф де Аркос; трое из самых значительных персонажей в Испании.

Здесь нет нужды записывать: сколько из них было сожжено заживо в Севилье в течение первого года, скольких заключили пожизненно, сколько неисчислимых тысяч людей постигли суровые наказания, считающиеся более легкими. Священная Служба ни в чем не была более успешной, чем в разнообразных и тонких средствах, с помощью которых они проверяли искренность Новых христиан.

Наконец, Инквизиция должна была быть распространена на Арагон. Отважная знать этого королевства поняла, что её учреждение является для них вопросом жизни или смерти. Кортесы Арагона обратились к Королю и Папе; они организовали обширный заговор; главный Инквизитор был убит в Соборе Сарагосы. Увы! Было суждено, что в этом, одном из многочисленных и постоянных и продолжающихся сражений между конкурирующими организациями Севера и Юга, дети солнца должны были пасть. Фагот и Сан-Бенито стали приговором знати Арагона.

Примечание: Фагот – ещё имеет значение: педераст и связка прутьев, фашина. Санбенито-(исп. Sanbenito, сокращен. Sacco benito), или замарра (Zamarra) одеяние осужденных инквизицией, из желтого полотна; спереди и сзади красный Андреевский крест; часто тело разрисовано пламенем и дьяволами./…/ вероятно, — подражание мешку, какой носили в первые века христианства кающиеся. Кроме С., веденному на казнь одевали карочу (см.). С. называлась также доска, на которой под Андреевским крестом выставлялось имя осужденного инквизицией. (3)

Те, кто был осужден за тайный Иудаизм, и это едва ли три столетия назад, были втянуты в участие; сыновья дворянских домов, в чьих венах прослеживалось ивритское происхождение, должны были идти в торжественной процессии, петь псалмы и исповедовать свою веру в религию из религии падшего Торквемады. Этот триумф в Арагоне, почти с одновременным падением последнего Мавританского королевства, поднял надежду чистых Христиан на высшую ступень. Очистив новых Христиан, они затем обратили свое внимание на старых Ивритов.

Фердинанд решил, что восхитительным воздухом Испании больше не должны дышать те, кто не исповедует католическую веру. Крещение или изгнание было альтернативой. Более шести сотен тысяч человек, некоторые авторитеты значительно увеличивают количество которых, самые трудолюбивые, самые умные и самые просвещенные из испанских подданных не покидают религию своих отцов. Ради этого они отказались от восхитительной земли, на которой они жили веками, от прекрасных городов, которые они воздвигли, университетов, из которых Христианский мир целую вечность извлекал своё самое ценное знание, могил их предков, храмов, где они поклонялись Богу, для которого они принесли эту жертву.

У них было всего четыре месяца, чтобы подготовиться к вечному изгнанию после стольких столетий проживания, в течение которых короткий период принудительных продаж и перенасыщенных рынков фактически конфисковал их имущество. Беда в том, что рассеянная нация все еще подвергается опустошению Навуходоносора и Тита. Кто после этого скажет, что евреи по натуре противные люди? Но испанский Гот тогда такой жестокий и такой надменный, где он? Презренный проситель у той самой расы, которую он изгнал за какую-то жалкую часть сокровища, которое снова накопили их привычки в промышленности. Где тот трибунал, который вызвал Медину Сидонию и Кадиса в свою мрачную Инквизицию? Где Испания? Её падение, её беспрецедентное и непоправимое падение, главным образом, связано с изгнанием той значительной части её подданных, самых трудолюбивых и умных, которые проследили свое происхождение до Моисея и Магомета.

Сидонии Арагонские были Новыми Христианами. Некоторые из них, без сомнения, были сожжены заживо в конце пятнадцатого века по системе Торквемады, многие из них, вероятно, одевали Сан Бенито; но они сохранили свои титулы и владения; и вовремя добрались до тех великих постов, на что мы ссылались.

Во время долгих беспорядков на Полуостровной войне, когда таланту предлагалось так много возможностей и так много возможностей использовалось авантюристами, кадет младшей ветви этой семьи заработал большое состояние на военных контрактах, и снабжении комиссариата различных армий.

В период мира, предвидя великое финансовое будущее Европы, уверенный в плодотворности своего гения, в своих оригинальных взглядах на финансовую специфику и в свое знание национальных ресурсов, этот Сидония, чувствуя, что Мадрид или даже Кадис, никогда не сможет стать базой, на которой можно было бы регулировать денежные операции в мире, решил эмигрировать в Англию, с которой он на протяжении многих лет завязывал множество коммерческих связей.

Он прибыл сюда после Парижского мира со своим большим капиталом. Он поставил всё, чего он стоил на кредит Ватерлоо; и событие сделало его одним из величайших капиталистов в Европе.

Как только Сидония обосновался в Англии, он стал исповедовать иудаизм; который Торквемада, льстя себе, фаготом и Сан-Бенито, пил из вен его семьи более трёх столетий назад. Он послал также за несколькими своими братьями, которые были такими же хорошими католиками в Испании, как возможно желали Фердинанд и Изабелла, но которые по прибытии в Англию сделали пожертвование в синагоге в знак благодарности за безопасное путешествие.

В Испании Сидония предвидел, что после окончания двадцатипятилетней войны, Европе потребуется капитал для поддержания мира. Он получил должное вознаграждение за свою проницательность. Европа действительно нуждалась в деньгах, и Сидония был готов одолжить их Европе. Франция хотела немного; Австрия больше; Пруссия меньше; Россия несколько миллионов. Сидония мог снабдить их всех. Единственная страна, которой он избегал, была Испания; он был слишком хорошо знаком с её ресурсами. Также ничто и никогда не соблазнило бы его одолжить что-либо восставшим колониям Испании. Благоразумие спасло его от того, чтобы стать кредитором метрополии: его испанская гордость отпрянула от восстания детей.

Нетрудно представить, что, продолжив карьеру, о которой мы мельком упоминали около десяти лет, Сидония стал одним из самых значительных персонажей в Европе. Он устроил брата или близкого родственника, которому он мог доверять, в большинстве главных столиц.

Он был господином и хозяином финансового рынка мира и, конечно, практически господином и хозяином всего остального. Он буквально держал доходы Южной Италии в залоге; и монархи и министры всех стран следовали его советам и руководствовались его предложениями. Он все еще был полон жизненной силы и не был просто машиной для зарабатывания денег. У него был обширный интеллект, равный его положению, и он с нетерпением ждал того периода, когда некоторое послабление от его обширных предприятий и усилий сможет позволить ему направить свою энергию на великие объекты общественного блага. Но в разгар этого огромного процветания он внезапно умер, оставив только одного ребенка, юношу, все ещё нежного возраста, и наследника величайшего состояния в Европе, настолько огромного, что его можно рассчитать только миллионами». (4)

                                         КОММЕНТАРИИ

 

 И так если верить Дизраэли — «герцог Медины Сидония, маркиз де Кадис и граф де Аркос; трое из самых значительных персонажей в Испании».

 Герцог Медина-Сидония из рода Гусман — старейший герцогский титул Иберийского королевства. Глава рода традиционно владел огромными вотчинами на западе Андалусии, включая города Санлукар, Ньебла и Медина-Сидония, где стоял его родовой замок. Помимо титула герцога Медина-Сидония, глава рода также именуется грандом Испании 1-го класса, герцогом Монтальто, герцогом Бивона, герцогом Фернандина и пр. Все эти титулы восходят к XVI веку.

 Поселение Сидония возникло благодаря евреям, эмигрировавшим из финикийского города Сидон. Финикия от греч. финикэс, буквально «страна пурпура» — древнее государство, находившееся на восточном побережье Средиземного моря с центром в современном Ливане. Пурпур это красная краска, которую добывали из морских моллюсков. Последние давали и чёрный колер, который при смешении с пурпурным давал фиолетовый оттенок.

 По одной из версий фамилия Гусман происходит от одноименного прозвища, которое является диалектным вариантом арабского имени Усман. В свою очередь, имя Усман переводится с арабского языка как «героизм, мужество». Вероятно, родители нарекали ребенка именем Гусман с пожеланием, чтобы их сын стал сильным и мужественным человеком, достойным защитником своей семьи. На идиш Гусман означает – «литейщик».

 Гусманы — старейший и весьма разветвлённый род испанской знати. К примеру, одна из его ветвей дала Испании графа-герцога Оливареса. В 1775 году состоялся брак 15-го герцога Медина-Сидония с 13-й герцогиней Альба, которой тогда едва исполнилось 12 лет. Тем самым планировалось соединить два знатнейших семейства Испании. Брак был бездетным. Супруги вошли в историю как покровители художника Гойи, страстного поклонника Императора Наполеона, за что испанцы считают его предателем.

 Род ведёт своё происхождение от Гусмана Доброго, который в 1296 году самоотверженно оборонял Тарифу от мавров. Линия Перес де Гусман (Pérez de Guzmán) сохраняла за собой титул герцога Медина-Сидония до 1779 года. Источником её материального благополучия была монополия на ловлю красного тунца методом «альмадраба» (по-араб. – «место где борются»). Охотники с кораблей раскидывают сеть кругом, а потом начинается, что-то напоминающее корриду только с огромными «красными» тунцами. Рыбаки прыгают в сеть и специальными ножами забивают рыбин.

 Тунец, после того, как его забили, должен быть обязательно обезкровлен, иначе он потеряет свой красный цвет и вкус. В каком-то смысле это напоминает кошерный забой скота резниками.

 Старейший герцогский титул в современной Испании появился в 1440 году. Тогда за доблесть при взятии Медины-Сидония, город был передан в управление благородному роду Гусманов, которые стали именовать себя герцогами Медина-Сидония. Город сохраняет свой исторический облик. Здесь изобилуют здания XIII—XVI веков, многие из которых строились на средства Гусманов.

 В 1497 году 3-й герцог Медина-Сидония возглавил завоевание Мелильи на африканском берегу; с тех пор герб этого города повторяет герб рода Медина-Сидония. Из герцогов рода Гусманов наиболее известен Алонсо Перес де Гусман (1550—1615). Как и король Филипп II Габсбург, он происходил (по матери) от Фердинанда (Феррандо) II Арагонского, он же Фердинанд Католик (1452 —1516), — король Кастилии (как Фернандо V), Арагона (как Фернандо II), Сицилии и Неаполя (как Ферранте III). Супруг и соправитель королевы Изабеллы Кастильской.

 За своё почти сорокалетнее царствование Фердинанду удалось благодаря стечению счастливых обстоятельств и собственным дарованиям играть значительную (к концу жизни — ключевую) роль в общеевропейской политике. При нём было достигнуто политическое единство Кастилии и Арагона (1475), взятием Гранады кончилась Реконкиста (1492), произошло открытие Америки (1492), началась эпоха Итальянских войн (1494). При нём Испания вступила в эру своего расцвета. Он же, наряду со своим сватом Максимилианом I, является одним из архитекторов будущей «Всемирной империи» своего внука Карла V Габсбурга.

 Венценосный двоюродный брат герцога Гусмана, возглавлявший Орден Монтесы, поставил его во главе Непобедимой армады. Женой Гусмана была известная в своё время красавица, Анна де Мендоса, дочь первого министра и одноглазой принцессы Эболи. Их сын, 8-й герцог, от брака с дочерью герцога Лермы имел дочь Луизу — первую королеву Португалии после восстановления национальной государственности в 1640 году. От этого союза домов Браганса и Медина-Сидония происходят все последующие монархи Португалии, с которыми теперь поддерживает «фатимские» контакты Илларион (Алфеев).

 Испания это родина всевозможных силовых структур разного типа. В век почти полного отсутствия профессиональной полиции в большинстве европейских государств король Фердинанд Католик сумел организовать целое полицейское воинство, превосходно справлявшееся со всевозможными сепаратистскими и еретическими течениями. Это была так называемая «Святая Эрмандада» (исп. Santa Hermandad), возникшая ещё в XIII веке, преимущественно в городах Кастилии. «Братство» назвало себя тогда святым на том основании, что горожане, составлявшие его и пополнявшие его ряды наёмниками, ставили себе целью борьбу с разбойниками и разбойничавшими рыцарями.

 Для осуществления этой цели существовал особый налог. На службу в эрмандадах города нередко приглашали благонадёжных (то есть не разбойничавших) рыцарей, как людей, привыкших к военным предприятиям. Этим учреждением весьма искусно воспользовался Фердинанд для образования особого, подчинённого исключительно королю, полицейского ополчения. Сначала (в 1476 году) Король сделал эрмандаду обязательной даже там, где её не было; из Кастилии «братство» вскоре распространено было и на Арагон.

 Эрмандадой Фердинанд воспользовался для борьбы с феодалами, которые долго не хотели признавать королевско-городской полиции, но, в конце концов, покорились. Тут невозможно не вспомнить Опричнину Царя Ивана Васильевича, хотя считается, будто она «списана» с Ливонского Ордена.

 С 1498 года Фердинанд окончательно изгнал из эрмандады все следы прежних выборных городских должностей и подчинил её непосредственно центральному правительству; налог же, обезпечивавший существование «братства», остался в полной силе. Дороги сделались более безопасными, что тотчас же отразилось на торговой активности. Впоследствии эрмандада способствовала падению Кортесов (Парламентов), хиревших при Фердинанде и погибших в XVI веке.

 Теперь об Инквизиции. Дизраэли ясно выразился — несколько прелатов Медина-Сидония в Арагоне, в их числе архиепископ города Толедо, а также Великий Инквизитор, надо думать всё в той же Кастилии. При этом условности жанра романа скрыли самое главное. Инквизицию придумал не король Фердинанд, она существовала в Испании задолго до него.

 Придумал Римо-Католическую Инквизицию ещё один выходец из богатой кастильской семьи «красных» евреев Гусманов, которые тогда ещё не были герцогами Медина-Сидония. Звали этого монаха и проповедника Доминик де Гусман Гарсес (1170-1221). Правда, сначала он основал Орден проповедников, более известный, как Орден Доминиканцев.

 Из рассказов Дизраэли следует, что если сефарды Гусманы и славилась своей набожностью, то была она фарисейской. Такие мелочи не помешали позже причислить к числу блаженных Маннеса Гусмана, младший брата Доминика и его мать Хуану де Асу, которая будучи беременной, получила во сне предсказание, будто её сын станет «светом церкви и грозой еретиков». Так утверждает житие «святого». В другом сне она увидела чёрно-белую собаку, несущую в зубах факел, как-бы освещающий весь мир (по другой версии рожденный ею младенец зажёг осветивший мир светильник).

 Возможно, что эмблема доминиканского Ордена — бегущая собака с пылающим факелом в зубах происходит от игры слов: лат. Domini canes — «псы Господни».

 Надо отметить, что в Библии и Православии — пёс и факел –это символы дьявольской «нечистоты», и страсти. При свете факелов арестовывают Христа. Зато горит светильник, теплится лампада, свеча. Сны это вообще бесовские игры с подсознанием и бред больной души. Утверждают, например, что, ещё, будучи ребёнком, якобы стремясь угодить Богу, он вылезал по ночам из кровати и спал на голых досках холодного пола. Может быть, просто малыш горел во сне? Понятно, что Доминик был обречён на фанатичное воспитание в религиозной «прелести», и оно принесло свои горькие плоды.

 Обычно говориться, что ещё в XIV веке епископы чинили духовный розыск, суд и расправу над еретиками, но до короля Фердинада Католика это судопроизводство не было объединено и урегулировано. Между тем, Римская религиозная транснациональная корпорация всегда тяготела ко всяческим уставам и регламентам. Так предшественником лже-святого Доминика Гусмана стоит назвать другого знаменитого лже-святого Бернара из Клерво – аббата цистерцианского монастыря, того самого, кто создал Орден бернардинцев и написал устав Ордена бедных рыцарей Храма Соломона, одиозных Тамплиеров, наследников Госпитальеров-Мальтийцев, предтеч Ордена Иезуитов, Шотландского Масонства и Иллюминатов.

 Вспомним, что символом этого Бернарда был улей (наравне со скованным драконом и тремя митрами). Члены секты ессеев, возрождённой хасидами, называли себя «пчёлами Божьими». (5) Опять же существуют различные версии происхождения названия острова Мальта. По одной из них когда-то на острове обитали пчёлы, приносившие особенно ароматный мёд; ценители этого мёда прозвали остров «медовым» — на латыни «melita». Пчёлы украшали герб династий Меровингов и Барберини.

 Кроме того пчёлы и улей, это известные символы оперативного Франкмасонства, с незапамятных времён находившегося под контролем иезуитской Клермонтской Коллегии. (6) Как мы уже знаем: сперва профессор-иезуит Адам Вейсгаупт хотел назвать своё студенческое братство Орденом пчёл.

 Поскольку самозваным Ватиканским «преемникам св. Петра» очень была нужна военная мышца, лукавый аббат Бернард стал крестным отцом рыцарей крестоносцев. Наиболее крупным мероприятием, на котором Бернарду удалось настоять, и принять участие в его организации, стал Крестовый поход против славян-вендов, развернувшийся на фоне Второго крестового похода, к которому Клервоский богослов призвал христианский мир в 1146 году в Везле.

 Идея папской буллы лат. «Divini dispensation», которую «наместник Бога» подписал в Труа 11 апреля 1147 года, образ действий, который она предлагала крестоносцам в отношении «варваров», т.е. бородатых европейцев-язычников, была чисто большевицкой, по сути. Эту миссию часто выражают лозунгами «крещение или смерть» (фр. La mort ou le baptème, нем. Tod oder Taufe), «уничтожить или обратить в христианство» (фр. Extermination ou Conversion, нем. Vernichtung oder Bekehrung). (7)

 Вся эта дьявольская инициатива имела важную предысторию. Ещё в начале 30-х гг. 12 в. барон Гуг де Пинос, желавший стать законным Великим Мagister Templariorum, «духовным Мессией», Царём-жрецом (Машиах-Первосвященник) и Королём Латинского королевства крестоносцев, обратился к отцу Бернарду с просьбой написать трактат, оправдывающий «сражающихся монахов». Тот немедля согласился. Так появилась «Похвала новому рыцарству», возникшему на «Земле Воплощения, которому суждено вести двоякую битву – то против врагов плоти и крови, то против духа зла на небесах». (8)

«Святость» досталась этому «праведному» Бернарду не за скромные глазки.

«”Этот обаятельный аббат Бернар превращается прямо-таки в свирепого льва, когда публично защищает евреев от погромов или выступает против ересей”, — говорили о нём современники». (9)

 Если верить разоблачителю «мифов» и «теорий заговоров о жидомасонах» еврею Леониду Александровичу Мациху, уже покойному доктору филологии и теологии, исследователю тайн Каббалы и секретов масонов, «лютый католик Бернар» не был антисемитом, и защищал евреев. Этот Клервоский куратор Папы Евгения III выходил к толпам погромщиков с крестом, и даже был знаком с каббалистами Европы, точнее Арагона.

 Мотивации Л.Мацих раскрыть не удосужился, зато поведал как главы еврейских общин Германии и Франции, которых харизматичный аббат спасал от резни, его любили и уважали. В благодарность они и подсказали этому родственнику герцога Бургундского адреса каббалистов в Царьграде-Константинополе, который в ту эпоху занимал место нынешнего «золотого яблока» Нью-Йорка.

 Посланные аббатом люди отыскали константинопольских «чернокнижников», которые поведали им три аркана, три секрета которые перевернули последующую историю Средиземноморья, Европы и всего Мира. Во-первых, они научили тамплиеров выживать в пустыне методом кипячения воды, дабы не заболеть дизентерией и тифом. Затем «Князья Света» раскрыли бедным рыцарям секрет дистилляции арабами спирта, необходимого для обезвреживания ран и обретения храбрости. Наконец, главное – секрет изобретение вексельных трансферов, перемещения безналичных денег, необходимого для ведения войн.

 Первые костры загорелись в 1163 году. Сжигали на них не полезных евреев, а катаров обличавших беззакония католического олигархата. Ранее, в 1145 г. защитник иудеев-каббалистов Бернар призвал возвратить в лоно Римской лже-церкви заблудших «овец» – катаров из Тулузы и Альби.  В марте 1179 года Третий Латеранский собор официально осудил ересь альбигойцев и вальденсов. Но борьба с ними шла пока ещё непоследовательно и вяло. Лишь в 1198 году, после восшествия на Римский престол Папы Иннокентия III из рода Конти, католической церковью были предприняты решительные шаги по искоренению еретиков всевозможными средствами. 

 Вначале к катарам были посланы проповедники, среди которых оказался и Доминик де Гусман Гарсес – в то время один из доверенных сотрудников нового Римского Папы. Вообще-то, Доминик собирался отправиться с проповедью к татарам, но Папа Иннокентий III приказал ему присоединиться к легатам, направлявшимся в Окситанию. Здесь он попытался вступить в соревнование в аскетизме и красноречии с «совершенными» (perfecti) катаров, но, подобно многим другим, особых успехов не добился. Церковные власти отреагировали на свои неудачи первыми интердиктами.

 В числе отлученных в мае 1207 г. оказался даже граф Тулузы Раймонд VI, которого потом обвинили еще и в убийстве папского легата Пьера де Кастельно. Увидев, что такие действия не дают желаемого эффекта, Папа Иннокентий III призвал правоверных католиков к Крестовому походу против еретиков Окситании, к которому, в обмен на прощение, примкнул даже граф Раймонд VI, через жену породнённого с королём соседнего Арагона, графом Барселоны Педро Католиком. Для прощения грехов Раймонду VI пришлось пройти крайне унизительную процедуру публичного покаяния и бичевания на глазах у Папы. 

 Собравшуюся в Лионе армию (её численность составляла около 20 тысяч человек), возглавил Симон де Монфор – бывалый крестоносец, который сражался в Палестине в 1190-1200 годах. Доминик Гусман стал его советником и близким другом. Часто именно этот каталонский герцог-монах определял принадлежность человека или группы людей к числу еретиков, и лично выносил приговор подозреваемым в катарской ереси.  

 Заслуги предка герцога-банкира Медина-Сидонии в деле разоблачения тайных катаров были так велики, что в 1214 г. Симон де Монфор подарил ему «доход», полученный от разграбления одного из «очищенных» городов. Тогда же ему передали три здания в Тулузе. Эти дома и средства, полученные от грабежа, и стали «стартовым капиталом» для создания нового религиозного нищенского Ордена братьев-проповедников (таково официальное название доминиканского Ордена) – в 1216 году.

 Этот Доминик часто изображается с шестиконечной звездой во лбу. Говорится, будто это «вечерняя звезда» – так как доминиканцы верили, что живут в конце времен и являются «рабочими одиннадцатого часа». За «утреннюю звезду» они почитали Иоанна Крестителя, которого тамплиеры-каббалисты особо чтили и ставили выше Христа, которого они считали обыкновенным человеком, учеником секты ессев…

 Инквизиция в Испании 15 века была задумана Фердинандом и Изабеллой как уравнитель, который в религиозном отношении должен был всех их подданных обратить в «единое стадо», подобно тому, как королевская власть уравняла всех в отношении политическом. Право назначать и смещать инквизиторов было доверено Папой Сикстом IV самим испанским монархам (булла от 1 ноября 1478 г.).

 В 1483 году король Фердинанд назначил духовника королевы доминиканца Томаса де Торквемаду Генеральным Инквизитором большей части Испании. Бабка этого монаха по отцу была крещёной еврейкой, а дядя Хуан, еврей по матери, написал «Трактат о мидианитах и исмаилитах», в котором защищал «новых христиан». (10)

 Когда жители Толедо, выпустили прокламацию, отрицавшую право «новых христиан» занимать в Толедо общественные должности, дабы избежать подчинения их легитимной власти над «истинными» христианами-испанцами, этот дискриминационный акт против крещеных евреев вызвал широкую полемику. Среди выступивших против дискриминации новых христиан были представители знати — советник Папы Николая V уже упомянутый кардинал Хуан де Торквемада (его мать была новой христианкой) и епископ Бургоса Алонсо де Картахена (сын Пабло де Санта Мария).

 Кроме Николая V ещё четыре доминиканца стали Римскими Папами (Иннокентий V, Бенедикт XI, Пий V, Бенедикт XIII). Доминиканцами были: знаменитый флорентийский проповедник Савонарола, фактически правивший этим городом в 1494-1498 гг., художники эпохи Раннего Возрождения фра Анджелико и фра Бартоломео, философ утопического коммунизма, писатель Томазо Кампанелла. Доминиканцем был и Джордано Бруно, но он ушёл из Ордена и плохо закончил.

 Два доминиканца были признаны Учителями церкви. Первый из них – Фома Аквинский, «ангельский доктор», сформировавший «5 доказательств бытия Бога». Вторая – монахиня в миру Екатерина Сиенская, первая женщина, которой было разрешено проповедовать в церкви (для этого пришлось нарушить запрет апостола Павла). Считается, что она, вслед за Данте, способствовала превращению итальянского языка в литературный. Она же убедила Папу Григория XI (Пьера Роже де Бофора) вернуться из «Авиньонского пленения» в Ватикан. 

 Живший в XVI веке миссионер-доминиканец Гашпар да Круш написал первую книгу о Китае, изданную в Европе. Доминиканский монах Жак Клеман вошел в историю, как убийца французского короля Генриха III Валуа. 

 Указанное Дизраэли убийство Великого Инквизитора Арагона Педро де Арбуэса имело место в Сарагосе в 1485 году. Участники заговора были сожжены. Труп покончившего с собой Франсиско де Санта-Фе (внука апостата Херонимо де Санта-Фе, прозванного «тортосским апостолом») был также сожжен, а прах развеян над рекой Эбро. Этот террористический акт усилил гонения на выкрестов, «крышей», которых были сами Папы и кардиналы. При этом покушения новых христиан на инквизиторов повторялись и позже (например, в Лериде, 1514). (11)

 Любопытно, что современником испанских Торквемад был – немецкий монах-доминиканец Якоб Шпренгер, профессор и декан Кёльнского университета, ставший соавтором печально знаменитой книги «Молот ведьм» (Malleus Maleficarum), выпущенной в 1486 году. Другим автором был приор Генрих Инститорис Крамер. Если верить Лоренсу Гарднеру оба этих инквизитора были евреями. (12)

 Книга-молот была издана после известной буллы Иннокентия VIII «Всеми силами души» (Summis desiderantes affectibus) 1484 года направленную против ведьм. Эта проскрипция стала причиной «охоты» и многих судебных процессов Инквизиции в странах Европы. В новоанглийских США известен процесс над Сейлемскими ведьмами, проходивший в одноимённой деревне с февраля 1692 по май 1693 года. Потом к этому термину «охота на ведьм» вернулись во времена сенатора-католика МакКарти, разоблачавшего коммунистов-евреев в Голливуде и Вашингтоне. Кстати, книгу «Молот ведьм» зачем-то издали в СССР в 1937 году и переиздали в «перестройку»!

 Этот Иннокентий VIII (генуэзец Джанбаттиста Чибо, чей собственный отец был евреем, а бабушка мусульманкой), как рассказывает итальянский историк Руджеро Марино в своём исследовании «Христофор Колумб, последний Тамплиер», является истинным отцом знаменитого мореплавателя. Папа генуэзца Колумба, он же «Папа» католиков стал идеальным человеком, чтобы продвигать план секретных руководителей Ордена Тамплиеров по созданию экуменической религии, сочетающей «духовную мудрость» трех аврамических вероисповеданий.

 Для профанов же, до сих пор утверждается, что Католические короли Фердинанд и Изабелла отправили тамплиера Колумба на поиски пути в Индию. Огромный кредит на экспедицию дали генуэзские банкиры, в сложное родословие, которых в 70-е годы ХХ века через семью Альдобрандини вплелись Ротшильды. Генуэзцы первыми взяли под контроль финансовую систему Англии. Под шумок войны Англии и Испании, герцог которой Медина-Сидония не достаточно умело руководил «Непобедимой армадой».

 Семья Чибо была в родстве с влиятельным и богатым генуэзским родом банкиров Дориа. Иннокентий VIII ни в чём не изменил стиль правления своего предшественника Сикста IV из влиятельной семьи «чёрного нобилитета» делла Ровера. Этот очередной невежественный и грубый развратник мечтал лишь о женщинах, вине и деньгах. В Риме тогда говорили:

 

«…он настоящий «папа» Рима» (так как улицы столицы мира кишат его детьми, и он усердно заселяет землю), «Иннокентий VIII породил восемь мальчиков и столько же девочек» и «наконец появился папа, имеющий право именоваться отцом Рима».

 

 Занятый делами своей блудной семьи, Иннокентий VIII не уделял должного внимания общей религиозно-политической ситуации в Италии, Испании, Франции и Германии. От того бдительное око Большого братства псов-инквизиторов было очень кстати.

 Сам Иннокентий VIII цинично заявлял о себе, что Бог не велит ему иметь детей, зато дьявол послал ему много «племянников», непотов — названия, под которыми нередко скрывались внебрачные дети Римских Пап. Впрочем, Иннокентий не скрывал своего отцовства и с большой пышностью отпраздновал свадьбу своей дочери Теодорины, положив тем начало официальному признанию потомства у Римского Папы. Дочура открыто принимала участие в делах курии и нередко своим вмешательством определяла то или иное решение важнейших вопросов. Теодорина вышла замуж за неаполитанского короля, чтобы положить конец старой борьбе между Неаполем и Римом.

 Неаполь стал важной базой для Ротшильдов и революционного движения масонов-карбонариев, которое они финансировали и курировали. У Дизраэли читаем в Х главе:

 

«Между Неаполем и Парижем Сидония провёл два года. В тот момент, когда он достиг совершеннолетия, Сидония, ранее на большом семейном конгрессе в Неаполе, договорился с главами домов, носивших его имя, относительно расположения и управления своим огромным состоянием, чтобы покинуть Европу». (13)

 

 Флоренция была приручена Ватиканом подобным же образом. Стремясь заручиться поддержкой богатых Медичи, Папа Иннокентий женил своего внебрачного сына Франческетто на дочери Лоренцо Великолепного — Магдалене Медичи. Свадьба состоялась в Ватикане. Потомки одного из сыновей от этого брака взяли фамилию Маласпина и до XVIII века правили княжеством (потом герцогством) Масса-Каррара.

 Одному из представителей дома Медичи, сына Лоренцо Медичи и шурина своего сына, дальновидный Понтифик преподнес кардинальскую шляпу, хотя этому «святому отцу Джованни» было всего 14 лет от роду (будущий Папа Лев X).

 Своего бастарда Христофора Колумба Папа Иннокентий VIII заразил своей мечтой о христианах, мусульманах и евреях, живущих в мире в Новом Иерусалиме.

 В Ватиканской библиотеке доступ, к которой был предоставлен «Святейшим Отцом», мореплаватель изучал древние тексты и карты. Путешествие Колумба через Атлантику имело две цели: найти новый проход в Азию и найти землю, где определённая группа людей могла бы построить Новый Иерусалим и очевидно Третий Храм. Р.Марино доказывает как, плывя на запад, Колумб заранее знал, что он найдет Новый Свет, а не Азию. В честь Папы Чибо появилась Куба, а в честь Доминика Гусмана –Доминиканская республика.

 В настоящее время Папская Инквизиция носит нейтральное название «Конгрегация доктрины веры», главой судебного отдела этого  департамента, по-прежнему, может являться только один из членов нищего Ордена Доминиканцев. Братьями-проповедниками являются и два его помощника.

 Первыми жертвами Испанской инквизиции в основном стали обращённые в Христианство евреи, которых подозревали в тайном возвращении к старой вере. Позже — мусульмане, фиктивно принявшие Христианство, и христиане-испанцы, обвинённые в отступлении от веры. Подсудимых-рецидивистов приговаривали к смерти. Таких было немного, а большинство отделывалось более мягкими наказаниями — приговорами к большим и малым штрафам, конфискации имущества (но при этом необходимо было установить момент совершения преступления и конфисковать нажитое за период с наступления этого момента), тюремному заключению, либо накладывали пост и епитимью, или обязывали определённый срок носить покаянные одежды-санбенито.

 К 1500 году массовая истерия по поводу евреев-выкрестов, тайно возвращающихся в иудаизм, пошла на убыль. Новый Генеральный Инквизитор кардинал Хименес де Сиснерос реформировал Инквизицию, придав каждому трибуналу чиновников-мирян.

 Точное количество казненных граждан инквизицией в Испании до сих пор вызывает дискуссии. Всё как у нас со «сталинскими репрессиями». Один из первых историков инквизиции Хуан Льоренте предположил в начале XIX в., что за первые 15 лет её работы было сожжено около 8 800 человек, также около 6500 казнённых удушением, и всего было около 30 тысяч казнённых за несколько веков истории этой организации.

 Современные специалисты называют куда меньшие цифры, так, Г. Кеймен считает, что общее число казнённых за почти 20-летнее правление Томаса Торквемады (самый кровавый период в истории организации) составляет около полутора тысяч человек (и приблизительно столько же за следующие 300 лет) (14). Проффесор Т. Мэдден пишет о двух тысячах казнённых за годы работы Торквемады.

 Как итог стоит признать, что Инквизиция не справилась с задачей предупреждения и устранения нарастающего всеевропейского движения религиозных диссидентов. Если бы в целом Инквизиция была успешной, не возник бы Орден Иезуитов. Рост городов приводил к росту образованной национальной буржуазии, которую раздражала наглость клерикальных и религиозных феодалов, связанных с алчным еврейством.

 За примерами далеко ходить не надо. Нынешний Папа иезуит и сефард побил все рекорды «юдофилии», проявленные его предтечами в Ватикане. Совершенно в духе Дизраэли понтифик заявил, что «внутри каждого христианина сидит еврей», и что «нельзя быть настоящим христианином, не признавая свои еврейские корни».

 А раз так, то возникает вопрос: «Могли ли первые Гусманы-Сидонии-Ротшильды быть причастны к созданию Ордена Иезуитов?» Конечно. Начать с того, что Фердинанд и Изабелла были родственниками. Папа мог воспротивиться такому браку или потребовать очень больших уступок. Чтобы свадьба состоялась, молодожёны просто взяли и сфабриковали папскую буллу, разрешающую не просто ритуал, а таинство венчания.

 Подлинное разрешение на соединение любящих душ было добыто у нового Папы уже упомянутого Сикста IV делла Ровере только задним числом в 1471 году. Эту афёру провернул кардинал Валенсии Родриго из рода Борхо или Борджиа, будущий Римский Папа Александр VI, прозванный «аптекарем сатаны». За услугу он попросил валенсийское герцогство Гандиа, данное в 1483 году его незаконному сыну Педро Луису (Луиджи), оного из его «римских детей», которого он назвал в честь родного брата, командовавшего Папской гвардией. (15)

 Явно у истоков создания Ордена Иезуитов стояли мафии Медичи и Борджиа (Борха). Покровитель «новых христиан» 4-й герцог де Гандиа Франсиско де Борха, прежде чем стать комиссаром для Испании и третьим Генералом Ордена совершал свой новициат (послушание) в Гандийском Иезуитском колледже у ректора Андреса де Овьедо. Этот «одинокий воробей на крыше», как его называл де Борха, скорее всего, имел происхождение из обращённых евреев. (16)

 Позже де Борха или Борджиа, «так широко распахнул двери для таких людей [Новых Христиан], что в Испании почти никто не был допущен, а Старые Христиане, осознав эту ситуацию, сбежали из Общества». В результате испанский король Филипп II назвал Общество “синагогой Иудеев”». (17)

У Дизраэли в Х главе читаем:

 

«Из-за отсутствия университетов и школ, тех университетов и школ, которые были обязаны своими первыми знаниями древней философии обучения и предприимчивости своих предков, молодому Сидонии повезло в наставнике, которого его отец добыл для него, и которого посвятил в обязанности заряжать всеми ресурсами своего учёного интеллекта, а также обширной и разнообразной эрудиции. Иезуит до революции; с тех пор изгнанный лидер Либералов; сейчас член испанского Кортеса; Ребелло всегда был евреем». (18)

 

 Ребелло обнаружил в своем ученике «ту скороспелость интеллектуального развития, которая характерна для арабской организации». В семнадцать лет Сидония расстался с Ребелло, который вернулся в Испанию, а сам, под контролем своих опекунов, начал свои путешествия. (19)

 По Дизраэли получается, что Сидония-отец осел в Лондоне в 1815-ом году. Его 19-летний сын,

«некоторое время проживал со своим дядей в Неаполе и долгое время посещал другого родственника своего отца во Франкфурте…». (20)

 Здесь на ваш суд. Первый вариант: или Дизраэли сознательно путает след, придумывает прямую испанско-английскую ветвь, породнённую с Габсбургами, Браганса и Бурбонами? Или, второе: после Испании и перед Англией был Франкфурт, но автор просто не желает вдаваться в детали всей этой юденгасской мишпухи с гессенскими Баттенбергами-Маунтбеттенами (с 1914 г. Виндзоры), Масонами, Иллюминатами.

 Правда, первый «Парижский мир» был в 1763 году, когда Великобританией правил Георг III из Ганноверской династии. Сидония-старший с братьями осел в Лондоне, а значит, мог контролировать события, происходившие в лавке под фирменным «финикийским» щитом рода Гусманов. В биографии Натана Майера Ротшильда, сына франкфуртского антиквара-сироты, сообщается, что он приехал в Манчестер в 1798 г. где успешно торговал британским текстилем «с помощью капиталов отца и братьев».

В октябре 1806 г. Натан так разбогател, что смог ввести в свой лондонский дом в качестве жены Ханну (Анну) Коэн, дочь Барнета Коэна, которого считали тогда «самым богатым евреем». (21) А как же сеньор-помидор Сидония? К сожалению, у этого загадочного Коэна не нашлось знакомого романиста, и всех деталей первоначального накопления мы уже никогда не узнаем. Так что предоставим небо птицам, фантазии поэтам, а сами продолжим исследовать Дом Ротшильдов…

9 мая 2020 г.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Benjamin Disraeli «Coningsby, or The New Generation» Leipzig, Bernard Tauchnits, 1844. р.234 )

2. Disraeli В.«Coningsby…», р.201, 202)

3. Санбенито, «Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона» С.-Пб.: БрокгаузЕфрон. 1890—1907гг.)

4. Disraeli В.«Coningsby…», р. 194 -200)

5. Синельников А.З. «Средневековая империя евреев» М. Эксмо,2009 г., с.363)

6. «Масонство в прошлом и настоящем» в двух томах, Т.II, 1915 г., М., СП «ИКПА» 1991 г., с.67)

7. Iben Fonnesberg-Schmidt «The popes and the Baltic crusades, 1147–1254»,Vol. 26, р. 31;Louis Hansoul «Le Credo, un champ de ruines?», «ВикипедиЯ», Бернард Клервоский)

8. Мелвилль М. «История ордена тамплиеров» М.,2000 г.; Бербер М. «Процесс тамплиеров» М., 1998 г.)

9. Диакон Владимир Дегтярёв «20 августа. Святой Бернард Клервосский, авва и Учитель Церкви», «Сибирская католическая газета», 18 августа 2016 г.; sibcatholic.ru)

10. Торквемада Томас де, Электронная Еврейская Энциклопедия; https://eleven.co.il/jewish-history/crusades-and-expulsions/14135/)

11. Новые христиане, Электронная Еврейская Энциклопедия, https://eleven.co.il/jewish-history/crusades-and-expulsions/13000/)

12. Laurence Gardner «Realm Of The Ring Lords, The Myth and Magic of the Grail Quest» England, MultiQuest International Ltd., 2000)

13. Disraeli В.«Coningsby…»,р.200)

14. Henry Kamen «The Spanish Inquisition: A Historical Revision» Yale University Press, ].

15. Клула И. «Взлет семьи Борджиа», Гл. III. Удачливая карьера кардинала Родриго Борджиа // Борджиа / Пер. С.В. Пригорницкой. — Ростов-на-Дону, 1997г.; ВикипедиЯ, Александр VI)

16. Robert Aleksander Maryks «The Jesuit Order as a Synagogue of Jews. Jesuits of Jewish Ancestry and Purity-of –Blood Laws in the Early Society of Jesus» Leiden, Boston, BRILL, 2010, р.113)

17. Maryks R. A. «The Jesuit Order as a Synagogue of Jews…», р.133)

18. Disraeli В.«Coningsby…»,199)

19. Disraeli В. «Coningsby…», р. 200)

20. Disraeli В. «Coningsby…», р. 194-199)

21. Мортон Ф. «Ротшильды. История династии могущественных финансистов», с. 65)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

десять − 5 =